Эльфийка же была в восторге, после того как лично сняла пробу.

— Сочетание тыквы и шоколада — это что-то волшебное! — пропела она, забирая поднос с угощением.

Когда последние блюда для Ролана Пейса и его гостя были вынесены в зал, мы, наконец, смогли расслабиться. Мы радовались, что испытание пройдено, и все самое страшное позади. Рабочий день приближался к завершению. А завтра не будет никакой тыквы!

Когда ресторан уже закрылся, в кухню вошел довольный Ролан Пейс.

— Эрнест, дружище, хочу поблагодарить тебя и твою команду за находчивость и оперативность! Мне было ужасно приятно, что повара в ресторане Вольтона оказались не столь расторопны.

Шеф пожал протянутую руку и лишь кивнул, принимая похвалу. Он был уверен в своей непревзойденности. Надеюсь, моя инициатива сегодня не останется незамеченной и будет оценена определенным количеством денежных знаков.

— Но Дирк не привык проигрывать. Как и я, — продолжил Ролан Пейс, — поэтому он бросил вызов. А мне пришлось его принять.

— Вызов? — непонимающе посмотрел шеф на хозяина ресторана.

— Да, команда его ресторана сразится с нашей.

«Л. Е. С» примет участие в ежегодном кулинарном шоу за звание лучшего ресторана.

Кортелло выругался. А я подумала, что он сам накликал на нас беду своим ужасным характером. И теперь по его вине мы все станем клоунами, выступающими на потеху публике.

***

Путь от отрицания до принятия пришлось проделать всего за одну ночь. Сложнее всего было бедняжке Кортелло. Представляю, как он мучился и плевался ядом. Еще бы, его, великого и ужасного, отправляют на какой-то там конкурс.

Меня же неожиданно поддержал Аркадий.

— Ну чего ты переживаешь? — спрашивал фамильяр, откусывая голову креветочке, — такая же работа, как и раньше.

Оплачиваемая.

— Там наверняка будет суровое жюри, — неуверенно ответила я.

В ответ наглый рыб только рассмеялся. Делал он это с чувством, сначала раскатисто хохотал, потом радостно попискивал и под конец аж икать стал. Чуть креветкой не подавился. Интересно, куда ему полагается постучать в таком случае?

Я хотела обидеться на такую реакцию, но в итоге не выдержала и рассмеялась вместе с фамильяром.

— Ты работаешь под началом Эрнеста Кортелло, — серьезно продолжил Аркадий, просмеявшись, — заметь, уже почти две недели.

И вполне успешно держишься. Живая и даже не покалеченная.

Я кивнула. В первые дни это казалось невозможным, но я вцепилась в эту работу зубами и отчаянно держалась.

— Заметь, шеф твой — сущий дьявол, — продолжал Аркадий, отлавливая очередную креветку.

Тут я была совершенно согласна с фамильяром. Кортелло был невыносим, особенно когда приходил в дурном настроении. Словно что-то ужасное бурлило в нем, как в котле с зельем.