Генерал безапелляционно заявил, что мне пора уже замуж выходить, а не по конкурсам прыгать, и предложил подыскать кандидата в супруги среди подающих надежду молодых сослуживцев.

Но становиться женой лейтенанта и кормить пол гарнизона своей стряпней я все же не планировала, а потому поблагодарила за заботу и пообещала, что обязательно заеду к маме и отчиму в гости, но своей жизнью займусь дальше сама.

Наконец, мы с Аркадием добрались до общежития. Вещами за этот месяц я обжиться не успела, так что сборы долгими не будут.

— Лора, я все еще жду объяснений, — дедуля тактично постучал по стенке аквариума, отвлекая меня от грустных мыслей, — мне кажется, что ты избегаешь разговора.

Я со вздохом опустилась на кровать, подперла рукой уставшую голову и попыталась изложить видение ситуации максимально логично и последовательно. Аркаша пару раз упал в обморок, трижды прятался в гроте, постоянно смущался и краснел.

— Я почти ничего не помню из прошлой жизни, — наконец, изрек он, — это все для меня как сон, будто было не со мной вовсе. И я не помню себя в зрелом возрасте. А уж твою бабушку, получается, даже и не знаю.

— Лучше бы я тоже ее забыла, — согласилась я, — неприятная особа. Но ведь такой ее могло сделать в том числе и то, что она осталась одна с младенцем на руках.

— Младенец… сын… жена…

Рыб пытался осмыслить, что где-то у него есть взрослый сын.

— Я ведь себя совсем молодым чувствую, а тут ответственность, — развел плавниками горе-папаша.

— Хоть и не одобряю такого отношения, но не могу тебя сегодняшнего обвинить в этом. Тем более, ты вообще вроде как воплощение духа. Странно было бы требовать от тебя какой-то привязанности, — я вздохнула, стараясь не думать о своих детских переживаниях об отсутствии семьи, — в общем, если хочешь, верну тебя завтра леди Верди. Все равно мне теперь жить негде, а у нее ты был на хорошем довольствии, да и собеседница она приятная. Не заскучаешь.

Но Аркадий меня перебил, жестом плавника призвав к молчанию.

— Это сложно представить, но получается, что где-то в своем далеком будущем я обидел женщину и своего сына, оставив их в трудной ситуации, а сын вырос таким же безответственным, как папаша и бросил уже своего ребенка… тебя, — Аркадий говорил тихо, с трудом подбирая слова, — я понимаю, что ты обижена на меня, а ведь я ничего не помню, потому что для меня это еще не произошло.

Я кивнула и нервно принялась перебирать бумаги, лежащие на столе.

— Ты пойми, Лора, я не оправдываюсь. Я ведь всегда считал, что рожден блистать, общаться, заводить знакомства. Наверное, я думал, что семья — это ярмо на шею. Увы, я не могу исправить ничего. Меня прежнего и вовсе нет в это мире. Но я очень к тебе привязался. Впервые у меня появилось какое-то подобие семьи.