Особенно в свете того, что Йоган не хуже нас понимает, что втягивать Германию в Большую войну — глупо и бессмысленно и сделает все возможное для того, чтобы ее отсрочить или избежать. Думаю, Фридрих чем-то очень серьезно болен. Но прошу вас, об этой новости особенно не распространяться. А лучше вообще — держать язык за зубами.

— Все так плохо?

— Весьма. Причем, не только из-за Фридриха. — Штиберт имел весьма печальный вид. — Дело в том, что молодой Вильгельм, получив инъекцию новомодного фашизма, загорелся не на шутку. И как свойственно всем молодым рвется в бой.

Он оценил ситуацию на международной арене совсем иначе, нежели этот эль Гаспачо. По его предположению, Россия сейчас не готова к Большой войне, поэтому стремится ее отложить на некоторое время.

— Он тоже считает, что эти игры с газетами ведет Александр?

— Да.

— Умница.

— Безусловно. Только очень горяч. И нам с вами, дорогой друг, нужно будет потратить оставшиеся несколько лет на то, чтобы охладить его пыл. Большая война для Германии станет самоубийственной. Мы ее не сможем выиграть.

— Неужели Вильгельм, не осознает этого простого факта? Ведь расклад налицо.

— Он прямо так и заявляет, что, раз мы ее выиграть не сможем, это сделает он сам.

Глава 49

2 августа 1885 года. Москва

Кремль. Николаевский дворец

— Ваше Императорское Величество, — личный секретарь выглядел весьма встревоженным, — срочное донесение из Вены.

— Что случилось?

— Сегодня, в ходе очередного заседания, в зале международного трибунала, расследующего факт отравления царя Николы, произошла потасовка, в ходе которой партия Обреновичей и Карагеоргиевичей попыталась избить наследника Югославского престола.

— И?

— Товарищ Джакели заявил протест и потребовал наказать зачинщиков беспорядков. Суд согласился с ним и постановил взять Динало Петровича под стражу, как провокатора и подстрекателя, который вызвал праведный гнев со стороны Обреновичей и Карагеоргиевичей.

— Что он им сказал?

— Назвал предателями.

— Хм. — Усмехнулся Александр. — И как отреагировал Иосиф Павлович?

— Он обвинил международный трибунал в предвзятости и взял Данило под защиту Российской Империи.

— Вот как… — Император хмыкнул и выгнул брови.

 — И что дальше?

— Скандал! Газеты пестрят самыми разными статьями. Слава Богу, что вышедшие за пару недель до того испанские издания смогли внести ясность в ситуацию и теперь все газеты очень осторожно работают с этой темой. Кое-какие ежедневки пытаются играть с образом «злых русских, которые укрывают подлого сербского преступника», но большинство изданий робко заявляют о том, что это просто повод для начала активной фазы противостояния. Ведь его все заждались.