Откуда это все? Почему? Неужели, понял?

А что тогда начале было?

Почему так себя вёл?

Море вопросов, на которые я не получила ответа.

Данияр, словно решив, что все слова уже сказал, больше не откровенничал.

И только делом подтвердил свои слова.

Снял для меня квартиру — маленькую, но светлую, с окнами на парк и до университета пешком пятнадцать минут. Оплатил сразу на полгода. Сказал, если не захочу — уеду. Если захочу — останусь."

"— Никто ничего не узнает о том, что здесь произошло, — сказал Байматов. — Я обещаю. Ты просто уехала в Москву. Разорвала помолвку. Про нее официально не сообщали, так что это только между нашими семьями. Твоего имени нет в протоколах, по делу ты не проходишь никак.

И я поверила.

Я позвонила родителям тогда, прямо при нём. Сказала всё честно — не про то, что случилось с Натаном, нет. Просто сказала: «Хочу остаться в Москве. Хочу быть сама собой. Хочу сама решать, как мне жить».

Папа молчал долго. Потом сказал: «Хорошо, дочь». Предложил приехать, помочь, но я отказалась. И от денег отказалась. Но они всё равно прислали на карту, я решила, что не стану тратить. Пусть лежат. А потом родители выслали мне и посылку с вещами, которые я просила.

И вот я живу так уже третий месяц. Восстановилась в университете. Обычная студенческая жизнь. Работа. Учёба. Вечерами конспекты, подготовка к семинарам и практикумам. Иногда в кино с девчонками из группы хожу по пятницам.

Родители первыми почти никогда не звонят. Но мама пишет мне, шлёт фотки Айрика. Папа тоже писал несколько раз — скупо, коротко, но я оценила его попытку наладить диалог. И, конечно, с радостью ответила.

Нам пока очень сложно.

Мне тяжело их простить. Им, подозреваю, тоже...

Но время все лечит, это известная истина.

Когда-нибудь мы встретимся и поговорим. И, может, поймем друг друга.

После работы в клинике, я снова тороплюсь на остановку. Чтобы вовремя успеть на пары, нельзя опоздать на автобус.

Сегодня две пары. С двенадцати до пяти. Я успеваю перекусить по пути, прихватив на остановке в автомате кофе и протеиновый батончик, и, пока еду в автобусе, листаю конспекты.

Сосредоточиться на лекциях выходит сложно, ведь я не выспалась. И когда под конец второй получаю тычок в бок от Наташи, своей подруги, едва не уснув, то клятвенно обещаю себе, что сегодня обязательно лягу пораньше.

После пар выхожу на крыльцо и набрасываю капюшон. Хмурое небо, кажется, вот-вот прорвёт снегопадом, так что мне точно стоит поторопиться, пока не начался транспортный коллапс.

Ко мне подходит Аскар — мой однокурсник. Он перевёлся из Ростовского университета в наш, пока я отсутствовала. Что-то спрашивает, улыбается.