И что он связан с нехорошей компанией…

— Да что за бред? — я ушам не верю своим! — Он — обычный парень! Студент!

— Ты знакома с его родителями? С его друзьями? Ты хоть что-то про него знаешь?

— Я знаю, что он меня любит! А я — его!

— Мадина…

— Вы именно поэтому так быстро все провернули? А, может, все с вашего согласия вообще произошло? Мама! Как вы могли?

— Не говори глупостей! — Перебивает меня мама. — Мы ничего не знали, конечно же! Иначе бы не позволили ничему подобному случиться! Данияр позвонил твоему отцу, уже когда ты была в их доме. И поклялся, что с тобой ничего плохого не случится!

— А если бы случилось, мама? — Я смотрю на нее в полном шоке.

— Было бы заявление в полицию, Мадина, — твердо отвечает мама, — да мы уже хотели подавать, когда Данияр позвонил… А перед этим отец узнал о твоей переписке с Натаном…

— Уходи, — говорю я, отворачиваясь, — уходи немедленно.

Мама молчит пару секунд, мучительных, длинных… А после выходит, аккуратно закрыв дверь.

Я остаюсь в комнате, смотрю в окно…

И после без сил валюсь на кровать.

Осмысливать услышанное выше моих сил.

Дверь снова открывается, и на пороге появляется Айрик. Он идет ко мне и кладет морду на кровать, без слов поддерживая меня.

Единственное живое существо в этом доме, которое я готова сейчас видеть.

Я глажу его, плачу, и Айрик, словно понимая меня, взволнованно дышит и порыкивает.

Мой защитник…

Если можно было просто убежать куда-нибудь! Ото всех!

Телефон, который у меня никто не забрал, вибрирует в сумке, но я сейчас не в силах вообще хоть как-то реагировать.

Мне без разницы, даже если это Натан звонит. Я не смогу с ним сейчас говорить.

Айрик, воспитанный пес, не лижет руки, но тычется длинной мордочкой мне в пальцы, выпрашивая ласку.

Глажу, чешу за ушами, и по лицу все это время слезы льются и льются. Без перерыва…

Как мне выбраться из жуткой ловушки? Как спастись?

Бежать?

Но куда? Как?

Уговаривать маму и папу, чтоб одумались? Твердо стоять на своем? Не потащат же меня силой в загс?

Да, это, наверно, самый правильный вариант. Просто не соглашаться.

Приняв это решение, я немного успокаиваюсь.

Безумная ночь, стресс и недосып делают свое дело, я проваливаюсь в сон, больше похожий на мучительный обморок.

И просыпаюсь уже вечером.

Бездумно смотрю на луну, яркую такую, полную, что заглядывает в мое незашторенное окно.

Сажусь на кровати, голова немного кружится. Прислушиваюсь: в доме тихо. Родители, наверно, на своей половине.

Ну и хорошо.

Сегодня я не готова с ними видеться вообще.

На прикроватной тумбе стоит поднос с едой.

Но меня не тянет даже посмотреть, что там. Айрик, до этого лежавший на полу, садится и молча смотрит на меня.

— Мы потом с тобой выйдем, — обещаю я, глажу его и иду в туалет.