А печатать нужно всё, что вы говорите, или только то, что я сочту важным? Ну там, телефонные личные разговоры перепечатывать? — протараторив эти вопросы, Ева посмотрела прямо в глаза Левандовского, будто бросала тем самым вызов, исходом которого должно было стать увольнение без принятия на работу. И добавила медленнее и тише: — А терпеть вас — что вы под этим подразумеваете? У меня что, будут ещё какие-то обязанности? Ну там… не входящие в тот перечень, что вы уже огласили. Если да, то озвучьте мне их, пожалуйста. Может быть, я сочту их не совсем приемлемыми для меня, и тогда уже отвечу вам, справлюсь ли с поставленными задачами или нет.

Когда Ева — Адам снова кинул взгляд на ее анкету, чтобы вспомнить имя — заговорила о печатной машинке, брови его поползли вверх. И ползли все выше по мере того, как она выдавала слова с такой скоростью, с какой лучше бы умела печатать, причем отнюдь не на упомянутой ею машинке. А содержание речи, которую она ему выдала, заставило заподозрить, что девица пытается сделать из него идиота. А этого Адам не любил категорически.

Угрожающе сощурив глаза, он смотрел на нее и размышлял, что бы это все значило. Речь, способная отбить желание брать ее на работу у любого здравомыслящего человека и странный взгляд, в котором читался вызов, ясно дали ему понять, что она пытается провалить собеседование. Вопрос только — с какой целью?

Человек с двумя высшими образованиями никак не мог не знать о существовании компьютера, даже если она и не подозревала о том, что бабушкин пиджак давно не в моде. А вопрос о перепечатке личных разговоров, который могла задать только безнадежная дура — а такой не являлась даже Жанна, которая любила подслушивать его разговоры молча — наводил на мысль о том, что Ника прислала ему это чудо вовсе не для того, чтобы устроить на работу. Скорее всего хотела посмотреть, каким образом он проводит собеседования и не производит ли отбор секретарш залезая им под юбку на первом же собеседовании. Только для чего тогда она вырядила свою шпионку так нелепо?

Как бы там ни было, а он собирался проучить обеих. Не только сидящая перед ним девица умела сочинять сказки.

Он поднялся со своего места, обошел стол и встал прямо напротив нее, опершись ладонями на ручки кресла, в котором она сидела. Подавшись к девице поближе, он понизил голос и сказал:

— Конечно, у вас будут ещё обязанности. Строгий режим. С утра, вместе с подачей кофе я люблю, чтобы мне делали минет. В обед, ровно в 14:00 я буду брать вас прямо на этом столе. Мне нравится поза сзади, а вам? Ну а вечером, перед уходом домой, обязательный сеанс бурного секса на диване в приемной. Надеюсь, вам по силам справиться с таким графиком? — Он приблизил своё лицо к ее, уже понимая, что теперь наймет эту девицу во что бы то ни стало.