Но теперь я готова пойти на что угодно, только бы в итоге представлять из себя хоть что-то.

Представлять нечто большее, чем пустую оболочку, а именно такой я себя чувствовала с того самого дня, когда мама меня оставила.

Органам опеки меня передали, когда мне было десять лет, на следующий же день после того рокового дня, когда я ее потеряла. Всем хотелось новенького младенца, каковым я уже не являлась. Мне пришлось сменить около десятки приемных семей, прежде чем оказаться в нынешней, где удалось задержаться дольше, чем в прочих.

К несчастью.

Мои приемные родители, мистер и миссис Детвайлеры, и их сын Рипли поначалу казались славными, но с течением времени все изменилось.

Миссис Детвайлер, Мари, стала принимать меня за проживающую у них прислугу. Мне вовсе не в тягость помогать по дому, но все семейство вдруг взяло за привычку после всех приемов пищи вставать из-за стола единым коллективом и оставлять уборку мне – впрочем, как и остальные дела по дому. Мне казалось, это уже слишком.

Надеюсь, что однажды, в ближайшем будущем, мне больше не придется ни за кем отмывать унитаз.

Если физический труд я еще какой-то месяцок потерпеть могла, то выходки мистера Детвайлера рисковали вылиться в проблему. Он вел себя все более жутко: похотливо таращился и все время провожал взглядом, вызывая тошноту. В любой его фразе слышался подтекст… с намеками. Он все чаще заговаривал о моем дне рождения, словно хотел о нем напомнить, но вовсе не как о дате, знаменующей для меня свободу. Не уверена, что хоть один из них сообразил, что мне, вообще-то, позволяется в этот день от них уйти. Мой день рождения и школьный выпускной выпадают на одну неделю. Просто идеально. Я лишь надеялась, что до тех пор он сможет контролировать себя и держать свои ручонки от меня подальше. Возможно, для некоторых людей школьный выпускной ничего и не значил, для меня же он представлял абсолютно все.

Рипли, наверное, был сносным. Скорее походил на картофелину, чем на личность, и меня это полностью устраивало, учитывая массу вероятных альтернативных вариантов. Когда мы находились в одном помещении, он даже не задерживал на мне взгляд, будто меня для него не существовало. Может, так оно и было. Пока его кровать заправлена, еда подана, а в туалете есть рулон бумаги подтирания зада, ему на все начхать. Он просто чересчур глубоко погрузился в мир видеоигр, чтобы его волновал мир реальный.

Я глянула на часы. Почти пять, пора готовить ужин, пока мистер Детвайлер не вернулся с работы домой. Вздохнув, я рассеянно расправила застиранное стеганое одеяло, которое мистер Детвайлер притащил черт знает откуда, и вышла в коридор, намереваясь добрести до кухни. Одноэтажный дом с тремя спальнями располагался в неплохой части города.