— Что будем снимать? Фотографию на память на фоне морских волн?

— Снимать не будем, — оборвал я его. — Будем задавать вопросы и отвечать на них.

Парень сразу помрачнел. Было видно, что мои слова вызвали у него неприятные ассоциации с милицией. Немудрено, все-таки приходилось сталкиваться.

— Здесь не справочное бюро, — пробурчал он, пытаясь сделать свой голос вызывающим.

— Ага, — поддакнул я. — Скажи-ка мне, дружок, кто у вас в городе занимается ночной съемкой?

— Не понял.

Парень вопросительно поднял голову, но лицо его выражало явное облегчение. Вопрос показался ему странным, но не опасным.

С одной стороны, это было хорошо. Но с другой — плохо. Впрочем, посмотрим.

— Чего ж тут непонятного? Мне нужно фотографировать в ночное время. Аппаратуры для ночной съемки у меня нет. Вот я и хочу узнать, у кого она есть и кто может мне в этом деле помочь. Вопрос ясен?

— Ясно, — снова пробурчал небритый, но дружелюбия в голосе у него прибавилось. — У нас такой аппаратуры нет.

— А у кого есть?

— Откуда я знаю? — Он пожал мощными плечами, обтянутыми трикотажной водолазкой. — Надо поспрашивать у тех, кто в гостиницах подрабатывает.

У богатых свои причуды, они любят на память со своими девицами ночные купания запечатлевать.

— Вот и поспрашивай, дружок. А я к тебе завтра загляну. Все понял?

Парень, видно, совсем освоился с ситуацией, которая ему ничем не угрожала, поэтому позволил себе быть неуступчивым.

— У меня, дядя, свои начальники есть. Чужим командирам я не подчиняюсь, — заявил он окрепшим голосом.

Ах ты, боже мой, какие мы самостоятельные! Я обернулся к Тане, Ирочке и Мазаеву, которые терпеливо поджидали меня, разглядывая развешанные по стенам фотографии ослепительных красавиц и мужественных героев.

Мазаев перехватил мой взгляд, тут же взял наших дам под руки и вывел на улицу. Что-то он слишком сообразительный, Мазаев этот. Может, он и в самом деле никакой не социолог?

Оставшись наедине с небритым кавказцем, я легко перемахнул через разделявший нас барьер-стойку и отработанным движением захватил его голову в «замок».

— Теперь я буду твоим командиром, понял? Временно, не бойся. На несколько дней. Ссориться со мной не надо, я бегаю быстрее, прыгаю выше, а стреляю лучше. Усвоил? Завтра приду за ответом на свой вопрос.

Будешь вести себя неправильно — получишь по попке. Попка у тебя мягкая, так что моей руке больно не будет. А чтобы у тебя не возникало желания экспериментировать, предупреждаю заранее: про твои художества в зоне пока знаю только я, но круг осведомленных лиц может стать более широким.

Я разомкнул «замок», взял парня за волосы и повернул его лицо к себе. Смертельная бледность разлилась от корней волос до самой шеи. Значит, Сережа Лисицын не промахнулся, давая мне наводку на этого фотодеятеля.