Кажется, я испытывала к нему материнские чувства.

Но мысль о встрече с Дааком была для меня так же невыносима, как попытка убить Паса.

Или почти так же.

Я вздохнула. В сложившейся ситуации нельзя верить почти никому. А сейчас я не могла верить даже самой себе. Кажется, у меня начинается настоящая паранойя.

Крыса не отставала. Тогда я схватила ее и засунула в свой чемоданчик.

* * *Двое людей Даака начали пасти меня, как только я покинула территорию муэновцев. Его владения начинались там, где заканчивались дома, стоявшие кругами. Здешние строения напоминали башни. Внутренние перегородки в них были выломаны, чтобы освободить побольше места.

В одном из таких домов сейчас ютились Столовский и Мэй. Немногие женщины смогли бы полюбить его. Но он просто боготворил Мэй, и она отвечала ему взаимностью.

Я делала вид, что не замечаю слежки, и молча проследовала к одному из серых зданий. Зашла внутрь и стала подниматься по лестнице.

Даак ожидал меня на крыше, среди спальных коконов и спутниковых тарелок. Отсюда открывался странный вид. Кругом было грязно, но во всем пейзаже наблюдалась некая красота. К полудню, когда небо станет синим, он будет смотреться еще лучше.

На западе виднелось серое море, на востоке — масляно-коричневые воды реки Филдер."

"Даак часто бывал на крыше. Не только из-за клаустрофобии, появившейся у него после работы на рудниках, но и потому, что здесь ему лучше думалось о предстоящем крестовом походе, который вернет его народу власть над Тертом.

Он собрал банк данных с генеалогическими древами, которые были длиннее, чем река Филдер. И думал, что это поможет ему осуществить свои планы. Но теперь они оказались в моих руках, и Даак жаждал заполучить их обратно.

А я держала их у себя только ради собственной безопасности.

Когда я поднялась на крышу, мне показалось, будто Даак собирается пойти прямо по воздуху.

Может быть, он полагал, что у него получится.

Хватило бы одного легкого толчка. Конечно, после этого меня схватят. Но нет, я в принципе не собиралась убивать его. По крайней мере, сейчас.

— Перриш!

— Лойл!

Он повернулся ко мне и сказал без тени улыбки:

— Ты кое-что забрала у меня. Может быть, собираешься вернуть?

— По-моему, у меня это сохранится лучше, — ответила я, качая головой.

В его глазах блеснула ярость, и я поняла, что его лучше не сердить.

— Вообще-то, я пришла поговорить. Мы можем попасть в серьезную переделку.

— Мы? По-моему, наши пути разошлись с тех пор, как ты забрала мою собственность.

Я широко улыбнулась ему.

— Если ты не пожелаешь выслушать меня, я просто сотру твои генеалогические древа.

— Ты этого не сделаешь, — ответил он с угрожающим спокойствием.

Я заметила, что крыша совсем проржавела и может проломиться у него под ногами.

— Как бы не так, — сказала я.