Хрупкую фигуру скрывала армейская шинель цвета хаки, настолько длинная, что почти волочилась по тротуару. Ее маленькое лицо было сморщенным, как старое яблоко, и казалось еще меньше из-за шарфа в красную и белую полоску, намотанного на голову и завязанного под подбородком. Поверх него она натянула вязаную фиолетовую кепку, увенчанную помпоном. Если такая экипировка требовалась ей в теплый сентябрьский день, подумала Корделия, то невозможно представить, как она одевается зимой. Когда мисс Костелло подошла к воротам, Корделия открыла их перед ней и представилась:

– Мистер Ламберт из «Спимут кроникл» сказал, что вы, вероятно, сможете мне помочь.

Я ищу вырезку из старого издания газеты от 19 июля 1977 года. Я не сильно затрудню вас, если просмотрю коллекцию вашей сестры? Я не стала бы вас беспокоить, но это на самом деле важно. Я обращалась в архив редакции, но страницы, которая мне нужна, в их экземпляре нет.

Возможно, на первый взгляд мисс Костелло и производила впечатление пугающей эксцентричности, но ее глаза, устремленные на Корделию и похожие на две бусины, лучились проницательностью. У нее на все имелось собственное мнение, и она заговорила чистым голосом в авторитарной манере образованного человека, что тут же позволило безошибочно определить ее место в сложной иерархии британской классовой системы.

– В восемьдесят пять лет, дитя мое, не стоить селиться на верху холма. Лучше бы вам зайти и выпить чашечку чаю."

"Точно таким же голосом настоятельница приветствовала ее, когда она приехала в первый раз, усталая и испуганная, в монастырь Святого Младенца.

Корделия последовала в дом за мисс Костелло. Было очевидно, что торопиться здесь никто не собирается, и она как проситель едва ли могла на этом настаивать.

Она дожидалась в гостиной, пока хозяйка избавлялась от своей многослойной одежды и заваривала чай. Комната была очаровательной. Антикварная мебель, которую, вероятно, привезли из большого семейного дома, соответствовала пропорциям комнаты. Стен было почти не видно за маленькими семейными портретами, акварелями и миниатюрами, однако это создавало ощущение уюта, а не захламленности. В стоящем у стены буфете из красного дерева, инкрустированном резным узором из палисандра, красовалось несколько предметов из фарфора, а на каминной полке возвышались бронзовые часы с ручкой, тикавшие каждую секунду. Когда мисс Костелло появилась снова, толкая перед собой тележку, Корделия заметила, что она пользуется чайным сервизом из вустерского фарфора, а сам чайник был серебряным. Должно быть, для мисс Модсли такие приемы тоже были в порядке вещей.

Потягивая чай сорта «Эрл грей» из изящной мелкой чашки, Корделия ощутила внезапный непреодолимый порыв довериться этой даме.