— Попроси господина, чтобы не губил, — заголосил он.

— Посмотрим, — важно отмахнулся помощник и направился к машине.

Работяга подскочил на ноги и принялся кланяться в пояс. Из его руки высыпалась горсть саморезов. Спохватившись, парень вновь начал поднимать металлический мусор.

— И как ты догадался? — поразился я, когда Фома вернулся в салон.

— Такие вот мастерские чем-то должны жить, — пожал плечами водитель. — А заведение стоит на отшибе и явно не для местных. Оно для тех, кто тут проездом. Через метров пятьсот мы бы заметили, что колесо пробито. Остановились бы и потопали бы обратно, чтобы просить помощи.

— Ловко придумано, — отозвалась Арина Родионовна.

— Дорога чуть дальше расходится на две. Одна из них тянется круг города. А другая идет куда нам надо. Вот с первой тут и хватает потерпевших. Но сегодня работы у них будет немного.

Дальше потянулся заросший травой пустырь, по которому вышагивали цапли. Пучки камышей тянущиеся к небу указывали, на близкую воду. В приоткрытое окно потянуло сыростью.

Полуразрушенная бетонная стена появилась спустя несколько километров. В серых плитах зияли дыры, в которых виднелась ржавая арматура. А вскоре показался открытый провал на месте, где раньше были ворота.

Фома остановил машину у входа и обернулся ко мне:

— Дальше придется пешком, вашество. Здесь поди гвоздей да осколков всяких тьма. Неохота колесо пробить. Шагать-то отсюда до мастерской долго.

Я вышел из машины и зябко поёжился от резкого порыва холодного пронизывающего ветра. Вытащил из кармана копию протокола, всмотрелся в фото, где наши мертвую. И неспешно направился на поиски нужного места.

Между зданиями мануфактур вела одна дорога. Вернее, дорогой это назвать было сложно. От асфальтного покрытия здесь уже давно ничего не осталось, а глубокие выбоины были заполнены стоячей грязной водой, в которой виднелись обломки кирпичей, острые углы жестяных листов и куски битой черепицы. По обе стороны от колеи росла высокая трава.

Арина следовала за мной. И я заметил, как она то и дело озирается по сторонам, рассматривая исписанные выцветшим рисунками остовы кирпичных зданий.

— Жутковато здесь, — протянула она и я кивнул:

— Раньше тут был десяток мануфактур. И где-то…

Я снова взглянул на фотографии. И на одной из них нашел вход в здание, где нашли убитую. Рядом с провалом на месте двери красовалась красно-синяя надпись «Армейцы».

— А вот и подсказка. Это хорошо. Не придется обходить все строения.

Нужная мануфактура нашлась спустя двадцать минут. Я сверился с рисунком и кивнул. Свернул с дороги на едва заметную тропинку, и осторожно зашагал к черному провалу, где когда-то была дверь.