И лишь большим усилием воли я смог подняться:

— Фома, пора посетить старую мануфактуру на Окружной. И на сегодня все.

— Это которая заброшенная? — уточнил слуга, загружая посуду в раковину. — У старых доходных домов «Серый аист»?

— Она самая, — подтвердил я.

— Любите вы всякие злачные места. Там же наверно только псы бродячие да крысы обитают.

— Не надо про крыс, — усмехнулась Нечаева.

— Сейчас подгоню машину, — произнес парень и вышел из комнаты.

— Арина Родионовна, вы не передумали? — уточнил я, сам не зная, хочу ли, чтобы она отказалась от поездки."

"Секретарь отставила чашку, вытерла губы салфеткой и поднялась на ноги. Поправила подол юбки, застегнула пуговицы пиджака и твердо заявила:

— Нет, я поеду с вами, Павел Филиппович.

— Тогда идёмте.

Мы будем вместо нее, твои невесты…

Заброшенная промзона была на Северо-западе. И дорога до места заняла у нас почти час. Как только мы пересекли знак «Добро пожаловать в Литейный район», шоссе мигом испортилось. Виной всему были рабочие раскопки, которые разбили половину шоссе, и Фоме пришлось прилично сбросить скорость. Мы едва тащились и получили редкую возможность наблюдать серый безрадостный пейзаж.

— Жалко мне машину, вашество, — сказал помощник, объезжая выбоины. — А так тише едешь — дальше будешь.

Пришлось согласиться со словами слуги. И «Империал» медленно полз по дороге.

Многоэтажные дома по обе стороны от черной ленты шоссе сменились на невысокие трех-четырехэтажные постройки начала века. Иногда мелькали яркие вывески магазинов. Потом попалась заправка, рядом с которой расположилась автомастерская. Тут Фома и вовсе едва ли не остановился и приподнялся на сиденье, внимательно осматривая дорогу. Глухо выругавшись, он затормозил. Вышел наружу и прошелся перед капотом, что-то пиная на асфальте.

— Здравы будьте, — крикнул парень, который выскочил из мастерской.

Он широкими прыжками преодолел расстояние между нами и поклонился. Потом зыркнул внутрь салона и тотчас отвернулся.

— Что-то случилось, господа хорошие? — заискивающе протянул он.

— Кто-то рассыпал гвозди да саморезы на асфальте, — обманчиво мягко сказал Фома и неожиданно ловко ухватил за ворот парнишку и притянул к себе. — Что ж ты творишь, гад?

— Что? — испуганно проблеял работник и попытался вывернуться.

— Мой хозяин — некромант. Ежели на обратном пути мы колесо пробьем, то он поднимет призраков рядом и заставит их тебя тиранить. Будешь волком выть, молить простить тебя…

— Не губи, добрый человек, — взвизгнул парень и сумел вырваться.

Но к моему удивлению, он не побежал прочь, а метнулся вдоль дороги, выхватывая из пыли между ямами что-то невидимое моему глазу.

Потом вернулся и едва не упал в ноги Фоме.