Не было ни одного дня, чтобы я сомневалась в его чувствах или его верности. Всегда он вел себя хорошо, держал со всеми знакомыми женщинами почтительную дистанцию. Просто это что-то иррациональное, что-то, что пролезло в мою голову в момент великой скорби, а потом так и не ушло на задний план, подкрепляясь доказательствами извне.

Забавно…

Я тихо усмехаюсь, прикрыв глаза."

"Это действительно почти анекдот. Я так сильно старалась удержаться рядом с Яном, а в результате только отвернула его. Если причина в этом, конечно…но в чем еще?

Господи, как я устала гадать…

Тру глаза и резко откидываюсь на кожаное сидение.

Перед глазами стоит искаженное лицо Лолы. Не просто так она приперлась сегодня ко мне. Кстати, интересно, как вообще узнала, где я буду? Неужели следила? Так, а это уже пугает.

Ежусь немного, как вдруг в боковое стекло пару раз стучат.

Взвизгиваю, дергаюсь, но когда поворачиваю голову, сразу вижу Яна, и сердце успокаивается.

Он хмурый. Осунулся. Похудел… еще взъерошенный какой-то весь, как нахохлившийся воробей.

Сравнение забавное. Издаю тихий смешок, а потом опускаю стекло.

— С тобой все нормально? — первый вопрос, который он задает.

Не могу перестать на него смотреть…

Боже, Вита права. Я люблю его и никуда от этого не денусь уже, но…черт возьми! Он поступил со мной, как самая настоящая сволочь! И я…что я? Ладно, пока не поняла, но непременно «что-то». Об этом я подумаю позже, сначала разговор.

— Нам надо поговорить, — заявляю, он хмурится.

— Поговорим.

— Сначала надо ответить на твой вопрос?

— Желательно.

— Со мной все нормально.

— А с ребенком?

— Логично, что с ним тоже.

Щурится и злится. Я тоже начинаю, потому что он права на это не имеет! Это я тут пострадавшая сторона! Ко мне заявилась его псиноблядь!

— Садись в машину, — рычу, сверлю его взглядом, но он не отступает.

— Поднимемся ко мне.

— Не пойду в собачий приют.

Ян замирает, потом выгибает брови, а потом издает смешок.

— Прости?

— Хочешь, чтобы повторила? Мне не жалко. Не пойду туда, где была твоя чертова псина.

— Ее не было в квартире.

— Врешь. Тим не просто так вылетел от тебя, как пробка из бутылки, — шиплю дикой кошкой, резко подаюсь на него и сверкаю глазами, — Задумал врать мне и дальше?! Тогда я сейчас газую и поминай как звали!

Ян плотно сжимает челюсти.

Вижу, как на них играют желваки, но остужать не собираюсь. Не хочу я слышать вранье! Если уж говорить, то по делу и обстоятельно, а не ради очередного «пшика» в воздух.

— Ладно, — выдает он наконец, — Хочешь правду? Получай. Эта сука приперлась ко мне сама. Без приглашения. Но она не прошла дальше прихожей, потому что я выставил ее почти сразу же. Довольна?!

— Экстаз!

— Поднимемся?!

— Поднимемся!

Говорим мы на повышенных тонах и как-то по дебильному.