Наверное, кто-нибудь подумает, что я глупая и у меня нет гордости, раз я пишу письма бывшему парню моей старшей сестры, но я ведь дала ему слово. Он принес сумку с деньгами в больницу и оставил на прикроватной тумбочке.

- Мэнкс, это твой шанс встать на ноги. Не позволяй матери из-за гордости и упрямства разрушить твою жизнь, - жестко проговорил он.

- Демид, мне не нужно… Забери, - мы его предали, а он единственный, кто протянул мне руку помощи.

- Янка, не спорь со мной, - прожигая меня холодным взглядом. В нем будто что-то умерло. - Просто живи и будь счастлива. Прощай.

- А как я тебе сообщу, что все получилось? – неробко спросила.

Я знала, что он сменил номер телефона, после того, как меня перевели в палату, я пыталась ему звонить. Появилась крошечная надежда, что он даст мне новый номер, но он ответил:

- Я узнаю.

- Я напишу тебе, буду рассказывать, как проходит реабилитация.

- Пиши, Мэнкс, обязательно пиши…

Услышав шаги в коридоре, я смяла лист и быстро спрятала в рукаве. Сердце тревожно забилось.

- Чем занимаешься? – заглянула ко мне без стука мама.

Когда эту спальню занимала Женя, мама не смела входить без стука. Вообще за последние шесть лет мало что изменилось в наших отношениях. Иногда на родительницу накатывало, я это называла приступы сентиментальности, она меня обнимала и говорила, что любит, но из-за дня в день демонстрировала, что не та дочь выжила в аварии шесть лет назад.

- Готовлюсь к экзамену, - как можно увереннее.

- А ну покажи, - она подошла и стала рыться в учебниках, пролистывать общую тетрадь.

- Что ты делаешь, мама?

- Ищу письмо, Яна! Ты продолжаешь ему писать? Продолжаешь писать убийце своей сестры? – голос ее стал звучать на пару октав выше. Мне хотелось яростно возразить, но тогда все могло перерасти в громкую ссору.

- Мама, я готовлюсь к экзамену, - как можно спокойнее.

Она была права, я продолжала отправлять каждую неделю письма Демиду втайне от нее. Он ни разу не ответил, я этого и не ждала. Я писала на единственный известный мне адрес, но знала, что там давно уже никто не живет. Письма не приходили обратно и мне хотелось верить, что он их получает. Хотя, может кто-то другой читает их, но мне не хотелось так думать. Ведь это была единственная ниточка, которая нас связывала.

- Яна, не смей с ним общаться! Он монстр! Преступник! Убийца!

Такие скандалы происходили раз в несколько месяцев, когда мама начинала наговаривать на Демида, а я заступаться за него. Пару раз она отбирала письма. В них не было ничего криминального, я просто рассказывала о том, как у меня дела, что нового. Демид будто продолжал присутствовать в моей жизни. Порой казалось, что оберегал. Поделишься неприятностями, а через несколько дней все налаживалось, словно невидимый Ангел-хранитель приходил на помощь. Мне нравилось так думать.