Я весь мир могу поставить на колени, но сам упаду на колени без нее.

Мэнкс кормила нашу дочку. Лучи проникающие в окно падали на нее под таким углом, что казалось, Яна вся светилась. Малышка жадно причмокивала. Мои губы не привыкли столько улыбаться, но наблюдая за своими девочками, я чувствовал, как меняюсь. Расслабляется узел, что все эти годы пытался скрутить меня и утащить в темноту.

- Ты тоже красивый, - улыбнулась мне Мэнкс.

- Для мужчины это не главное.

- А что главное?

- Каждому свое. Для меня это ты. Твоя любовь.

- Без тебя эти месяцы были мукой, - призналась она, меняя положение и помогая малышке вновь ухватиться за сосок.

- Больше мы не расстанемся, - твердо произнес.

- Мы так и не решили, как назовем дочку, - подняла на меня взгляд Яна.

- Думаю, ты уже придумал ей имя.

- А ты не думал?

- Думал, но мне понравится твой вариант.

- Откуда ты знаешь?

- Чувствую.

- Может Даша?

- Я же говорил, что мне понравится.

Поднялся, обошел постель и присел рядом с ней. Притянул к себе, но так, чтобы не потревожить дочку. Нам настолько хорошо друг с другом, что не нужно говорить много слов, убеждать, доказывать. Я чувствую Мэнкс каждой частицей своей души. Моя… теперь только моя.

У меня есть одно незаконченное дело. Необходимо разобраться, пока моих девочек не выпишут из больницы. Они поедут со мной в Москву, оставить работу не получится. Нужно содержать семью, там перспективы. Екатерина Юрьевна вряд ли обрадуется этой новости, с ней нужно поговорить без свидетелей, не хочу, чтобы Яна слышала разговор и расстраивалась. Мэнкс больше не дня не будет без меня…

После обеда я отправился к женщине, которая много лет меня ненавидела. Будь не все так плохо между нами, купил бы цветы, но сейчас ограничился конфетами. Она мать любимой женщины, чтобы я не думал, но дала жизнь Яне, только из-за этого должен относиться к ней уважительно.

Екатерина Юрьевна была дома, я слышал, как подошла к двери, посмотрела в глазок. Не открыла. Нажал еще раз на звонок.

- Зачем ты пришел? – резко открылась дверь.

- Екатерина Юрьевна, здравствуйте. Нам нужно поговорить, - не терпящим возражения голосом произнес я.

- Не о чем мне с тобой говорить!

- Яна с Дашей поедут со мной в Москву, - твердо, она растерялась, обмякла, словно из шарика выпустили весь воздух. – Я не буду запрещать вам видеться с дочкой и внучкой, но для всех будет лучше, если мы сможет придерживаться определенных рамок общения. Для меня нет ничего важнее счастья моей семьи, я никому не позволю их расстраивать. Предлагаю договориться.

- Деньги будешь предлагать? – отступила она в сторону, но я не спешил заходить в гости, хоть и общаться на лестничной площадке было неудобно.

- Даже не думал. Я свою семью не продаю и не покупаю, - камень был брошен в ее огород.