- А чего ты так переживаешь? Тебе пригрозили? Стала не мила в королевском дворе Фроловых? Остап решил пинка под зад дать?

Отшатывается. Морщится.

- Бред! Амир, у тебя реально то, что в штанах в голову ударило. Давно женщины не было? Так ты бы мне сказал, я бы тебе отборных девочек нашла. И Тая бы не узнала. Я понимаю, что она тебя удовлетворить полноценно не может, но это не повод рушить семью!

- Ты сама слышишь, что несешь? Агнесса, вали как ты, - ее бред, даже гасит ярость, остается лишь стойкое чувство омерзения.

Мне жаль, что именно она дала мне жизнь.

Сколько лет, а все за Остапа держится, пятую точку ему выцеловывает, делает вид, что не знает, про его любовниц.

- Ты успокойся и поразмысли трезво. Остап от тебя мокрого места не оставит. Он очень зол. Я тебя как мать предупреждаю. И не тебе с ним тягаться.

- У меня нет матери. Ты для меня мерзкая глиста, которая заражает собой все, к чему прикасается. И свои советы, оставь себе. На этом все. Где выход знаешь!

- Если ты меня не слушаешь, значит я пойду к Милке и все ей выскажу! Она еще получит у меня! Как только смеет разрушать такую прекрасную семью!

- Посмей только к ней приблизиться! Я тебя уничтожу!

- Если ты от собственной матери отрекаешься, то тебе мозги знатно промыли, - выплевывает мне в лицо. Открывает дверь в коридор и устремляется к лифту. – Я пыталась сынок!

- Я тебя провожу, - иду за ней.

Хочу проводить и убедиться, что она к Миле не пошла.

- Амир Динарович, там Юра проснулся, вас зовет, - окликает меня медсестра.

- Иди сынок, я найду выход, - слащаво пропевает.

Нехороший холодок по телу пробегает.

- Он плачет, - подливает масла в огонь Светлана.

- Иду, - направляюсь вслед за медсестрой. Нельзя сыну нервничать. А душу кошки когтями царапают."

"Сын проснулся и начал капризничать. Ничего такого. Чувствует себя нормально, но еда, которую ему принесли не нравится.

- Светлана, я был с женщиной высокой, черноволосой, не могли бы вы проверить, покинула ли она клинику? – прошу медсестру.

А сам Милу набираю. Не отвечает.

Не хочу, чтобы мать наговорила ей гадостей. Хочу оградить от своей гнилой семейки.

- Конечно, - Света кивает и выходит из палаты.

Я же продолжаю успокаивать сына. Объясняю, что слезы ему только вредят. Что он тогда дольше в больнице останется.

- Если так, то я буду больше плакать. Мне тут нравится и ангел всегда рядом, - заявляет, кромсая мое сердце.

До чего докатился, ребенку в больнице нравится!

Нет, назад точно дороги нет.

Через минут пять телефон вибрирует.

Светлана.

- Да? – рявкаю.

А душа в пятки уходит. Еще ничего не знаю, а уже гадко.

- Амир Динарович, тут такое… вам надо увидеть…

- Где? Что?

- В кабинете Миланы Алексеевны…

Юрка, к счастью, немного успокоился. Срочно ищу другую медсестру. Оставляю с сыном. Лечу к кабинету Милы.

Он распахнут настежь.