Искать кардиохирургов, лучших спецов, диагноз сына пересылаю. Все возможные связи подключаю.

К моему удивлению, все с кем ни говорю, будто сговорились, советуют мне Милку. Оды ей хвалебные поют. Она у них там в кардиологии типа знаменитости.

Поверить в это сложно. Вообще нереально.

Я помню, что она врачом мечтала стать. Вроде даже поступила. Но чтобы таких успехов достигла? В ее таланты верится с трудом. Но когда незнакомые друг с другом люди, говорят одно и тоже, невольно приходиться задуматься.

Сижу на ступенях клиники. Сжимаю в руках телефон. Очередной звонок, говорил с кардиохирургом из столицы, сказал, что перевозить сына куда-либо опасно, и снова нахваливал Милку. И он о ней знает, переманивал к себе, но она отказалась.

Бред. Просто не может быть правдой.

- Извините, вы отец Юрия? – ко мне подходит светловолосый врач, смотрит сверху вниз.

- Я.

- Я Беляков Кирилл Вячеславович, меня Милана Алексеевна оставила наблюдать за вашим сыном. Должен сообщить, что мальчику становится хуже. Без оперативного вмешательства он вряд ли долго продержится, - во взгляде мужчины сострадание, в голосе участие.

Он располагает к себе, в отличие от мудака глав врача.

- А Милана Алексеевна реально так хороша в своем деле? – спрашиваю, пряча телефон в карман.

- Я ей часто ассистирую, и да, она гений. Я горжусь, что работаю под ее руководством и имею возможность учиться у нее, - в глазах врача читаю вожделение.

И нет, не как к врачу. Он явно запал на Милку. С таким придыханием говорят о женщине, от которой с ума сходят, о которой мечтаю сутками напролет.

Первое позитивное впечатление о Кирилле, как там его по отчеству, сразу улетучивается.

Если он клинья к Милке подбивает, то фиг он правду скажет…

А с другой стороны, у меня нет вариантов. Слишком много источников указывают на нее…

- Где она?

- Домой поехала. Ее смена давно закончилась. Она вернулась из-за вашего сына.

- Ясно, - поднимаюсь и не прощаясь с врачом сбегаю по ступеням вниз.

Адрес ее Влад пробивает мне быстро. По старому адресу она не проживает, это я давно знаю. Плевать на гордость, на все, я должен убедить ее оперировать моего сына. Боюсь, что, если по телефону позвоню, она меня пошлет, после нашего разговора в ее кабинете.

Нет. Надо лично.

Живет Милка в обычной многоэтажке. На седьмом этаже. Но недалеко от клиники.

Звоню долго. Уже теряют остатки терпения. Когда дверь распахивается.

Стоит заспанная. С растрепавшимися шоколадными прядями. Нереально соблазнительная.

Мелькает мысль, а как это просыпаться с ней каждое утро? Грудину ножи режут.

Откидываю ненужные фантазии.

Держусь за ручку двери. Такое чувство, что сейчас грохнусь. Кроет рядом с ней, ничего сделать не могу.