Сжимаю кулаки. До боли стискиваю челюсти. Задерживаю дыхание.

Жду.

Мне нужна хоть какая-то реакция.

Скажи, блин, что ты не причем. Скажи, что не знаешь эту девушку. Скажи, что это все ложь.

Темные глаза мужа не отрываются от меня. Но все еще остаются пустыми.

Они пронзают насквозь. Оставляют в душе такие раны, которые не затянутся. Причиняют боль, которую ничто не может унять.

Если не хочешь говорить, просто покажи. Дай мне увидеть в твоих глазах хоть что-то кроме пустоты.

Нижняя губа начинает дрожать, и я кусаю ее. Сильно. До боли. Надеясь пустить кровь, которая даст хоть какое-то облегчение."

"Дай мне ответ. Хоть какой-то. Прямо сейчас. Пожалуйста.

— Димочка… — ветер подхватывает писклявый голосок любовницы мужа и приносит его прямо ко мне.

Закрываю глаза. Не хочу видеть его. Не хочу видеть ее. Не хочу видеть их вместе.

— Ева, — голос мужа врезается в меня, и я вздрагиваю. — Иди в дом.

Три слова.

Всего три слова.

Они рушат мой мир. Разрывают меня. Не оставляют ни одного живого места.

Тело будто что-то сковывает. Замораживает. Освобождает.

Открываю глаза.

Все та же картина, но внутри холод. Тот самый холод.

Разжимаю кулаки. Делаю глубокий вдох. Окидываю взглядом «парочку» и прохожу мимо них.

У меня появляется цель. Сейчас мне нужно только одно. Уйти!

Дом встречает меня тишиной. Привычной, но все же странной.

За последние несколько дней рядом было так много людей, что я забыла слово «одиночество». А сейчас, глядя на лестницу, которая становится порталом в прошлую жизнь, я не могу сделать последний шаг. Кажется, что я сама веду себя на обрыв, с которого меня должны столкнуть. Холод внутри постепенно начинает таять, оставляя за собой щемящее чувство.

Это будет конец.

Это точно будет конец.

— Димочка, я же… — доносится до меня писк через закрытую дверь.

Нет. Нет. Нет.

Я не хочу этого слышать.

Не хочу! Не хочу!

Бегу по лестнице наверх. Горечь заполняет горло с каждым шагом. Противная, тягучая. Перед глазами встает лицо мужа, а в ушах звучат его слова «ты — моя». Я словно наяву вижу его черные глаза, полные решительности. Образ не хочет стираться из памяти. Он смешивается со стенами коридора, с паркетным полом, с дверью нашей спальни.

Образ мужа дополняется его запахом — он везде. Замираю в проходе. Смотрю на кровать, и не могу избавиться от воспоминаний.

Вот я в кровати, муж сверху. Смотрит мне в глаза. Гладит меня по щеке. Входит нежно, очень нежно. Целует.

Вот я на капоте. Распластана. Прижата. Муж на мне, берет меня жестко, двигается во мне резко. Заводит меня через край.

Я вижу все это одновременно. Воспоминания настолько свежи, будто все произошло только что. Они такие яркие, что я не могу перестать чувствовать дрожь, проносящуюся по телу. Но в то же время, перед глазами стоит блондинка. Настоящая. Живая.