Последние два часа отец и сын обсуждали последствия случившегося. Пресса неистовствовала. Известие о родстве Элоизы с семьей Медина подогрело страсти. Тони было больно думать, что Шеннон имеет к этому какое-то отношение, хотя он пытался утешиться мыслью, что все произошло случайно.

Если она поступила неосторожно, он мог бы ее простить. Шеннон трудно учесть все требования безопасности столь высокого уровня. Если бы она призналась, у них был бы шанс.

Старый король отвернулся от компьютера:

— По-видимому, я знаю не все, что происходит в моем доме. Я доверяю кому-то, кому не следует доверять. — Тони попытался сказать что-то, но Энрике нетерпеливо перебил его: — Не будь глупцом. Не действуй импульсивно. Думай головой, а не сердцем."

"— Как всегда поступал ты? — не выдержал Тони. У него не было сил выносить словесные игры отца. — Спасибо, не надо.

Обещанный месяц пройдет, и ноги его больше не будет на этом острове. Раньше воспоминания о жизни здесь были невеселыми, теперь они выворачивали его наизнанку.

Энрике наполнил свой стакан и тут же опорожнил его.

— Я доверился сердцу, когда покидал Сан-Ринальдо. Я так боялся за жену и сыновей, что не до конца продумал план побега.

Непоколебимый Энрике признает, что совершил ошибку? Тони потребовалось несколько секунд, чтобы переварить это событие.

— Ты решил сыграть роль приманки? — усмехнулся он. — Звучит очень благородно.

— Не в этом дело. — Энрике опять наполнил стакан и задумчиво смотрел на янтарную жидкость. Во время болезни король ни разу не проявил слабость, но сейчас он был беззащитен перед призраками прошлого. Тони никогда не видел его таким. — Я самовлюбленно решил, что мой план идеален. Я руководствовался сердцем, а эти убийцы прекрасно знали, как воспользоваться моими слабостями.

Тони отставил свой стакан, не выпив ни капли. Сочувствие к отцу обожгло его. Он вдруг понял, каково сейчас приходится старику. Понял потому, что одна женщина заставила его посмотреть на Энрике с совершенно иной стороны.

— Ты сделал тогда все, что мог.

Сможет ли он сказать то же самое о себе, если речь зайдет о Шеннон?

— Я хотел все исправить, поселившись на этом острове. Я изо всех сил старался обеспечить надежное убежище моим сыновьям.

— Но мы отказались от защиты.

— Это не важно. Уезжая, вы увозили с собой умение постоять за себя, проложить себе дорогу в этом мире. И я горжусь вами.

Простые слова Энрике потрясли Тони. Отец не сказал ничего, ранее не известного, но в нем родилось и окрепло нечто новое. Понимание. Мать связала ему серебристый плед, чтобы он чувствовал себя защищенным. Так же поступил и отец. Пусть его методы не были идеальными, но ведь и ситуация отнюдь не была нормальной.