Однако после четырех недель умопомрачительного секса он так и не смог понять ее…

Тони поселился тут не случайно. Он искал место, которое напоминало бы ему дом.

Его настоящий дом — у берегов Испании, а не остров, на котором обосновался отец. Оттуда Тони убежал и с тех пор звался Кастильо, а не Медина. Тони Кастильо дал себе слово никогда туда не возвращаться и пока это слово держал.

Он не хотел даже думать о том, как удивилась бы Шеннон, узнав свято хранимую тайну его происхождения. Впрочем, он не собирался эту тайну открывать.

Вернон постучал по деревянному столу:

— Твой телефон опять звонит. Мы можем сделать перерыв, пока ты говоришь.

Тони, не глядя, нажал кнопку отказа от звонка. Он отключался от внешнего мира только ради двух людей — Шеннон и Вернона.

Зазвонил телефон Вернона. Что такое? Почему их постоянно прерывают?

Старый капитан вздохнул:

— Это жена. Надо ответить. Да, радость моя?

С тех пор как Вернон семь месяцев назад связал себя священными узами, он вел себя как влюбленный юноша. Тони отогнал мысли о семейной жизни своих родителей, что было несложно, так как он мало что помнил. Его матери не стало, когда ему было пять лет.

Вернон закончил разговор и резко втянул в себя воздух. Тони поднял голову. Лицо его друга побледнело настолько, что казалось вымазанным мелом. Какого черта?

— Тони. — Голос Вернона звучал хрипло, словно он чем-то подавился. — Я считаю, тебе лучше проверить, на какие звонки ты не ответил.

— Что-нибудь случилось? — спросил Тони, доставая телефон.

— Это ты нам должен сказать, — ответил Вернон, не сводя с него глаз. — Тебе стоит просмотреть послания и потом сразу войти в Интернет.

— Куда именно?

— Куда угодно. — Вернон упал на спинку кресла, как якорь на дно океана. — Это везде. Ты не пропустишь.

Тони подключился к Интернету через телефон. На экране появились горячие новости.

«Обнаружена королевская кровь!»

«Медина напоказ!»

Он с ужасом уставился на то, чего меньше всего ожидал и чего его отец всегда опасался.

Заголовок за заголовком разоблачали членов его семьи, но большего всего Тони ужаснул последний: «А вот и любовница Медины».

Он взглянул на зал ресторана.

Шеннон стояла спиной к нему. У него очень мало времени. Надо немедленно поговорить с ней.

Тони вскочил.

Семья Медина скрывалась не ради уединения, а ради безопасности. Поселившись после восстания у берегов США, они никогда не переставали остерегаться. А его эгоизм, черт возьми, поставил Шеннон в положение дичи — просто потому, что она побывала в его постели.

Тони подошел к ней, положил руки на плечи молодой женщины и повернул ее лицом к себе. И замер.

Полные ужаса прекрасные серо-голубые глаза все сказали ему. А если бы он усомнился, то сжатый в ее кулаке телефон развеял бы сомнения.