Но никогда не попадала в эту комнату. У тебя большой дом. — Они познакомились пять месяцев назад, через два месяца начали встречаться. А еще через четыре недели впервые занялись любовью. — Странно, мы вместе принимали душ, но я не видела твой дом целиком.

— Обычно мы начинали целоваться, едва наши ноги касались ступеней, — холодно заметил Тони.

Истинная правда. С тех пор как однажды они рискнули подняться наверх, они всегда мчались прямо к нему в спальню.

— Когда мы были вместе в первый раз… — Шеннон помнила, что они ходили в оперу, и ее переполняло желание из-за долгого воздержания. — Я безумно испугалась.

Это признание вырвалось у нее неожиданно, но почему-то в темноте легче признаваться в собственных слабостях.

— Меньше всего на свете я хотел испугать тебя."

"— Ты не виноват. Та ночь стала знаменательной для меня. — Шеннон было необходимо, чтобы Тони понял ее и это пробило брешь в стене, которой она себя окружила. — Та ночь с тобой была моей первой ночью после Нолана.

Тони замер. Он даже перестал дышать. Потом спросил:

— У тебя никого не было?

— Никого.

Тони не только стал ее первым любовником после Нолана. Он вообще был ее вторым мужчиной.

Но у обоих мужчин были тайны.

Тони вздохнул, и его дыхание слегка взлохматило ее волосы.

— Жаль, что ты не сказала мне сразу.

— Что бы это изменило?

— Я был бы… осторожнее.

Безумство их первой ночи вызвало в ее голове бурю воспоминаний. Они мчались вверх по лестнице, на ходу сбрасывая одежду. На верхней ступеньке оба были совершенно обнажены, и лунный свет заливал оливковую кожу Тони, играя на выпуклой мускулатуре. Они целовались у стены, Шеннон обвила его ногами, и он вошел в нее. И тотчас напряжение сменилось сказочными ощущениями. Тони отнес Шеннон в спальню прежде, чем она испытала оргазм. Развязка наступила в его постели. А потом, когда они вместе оказались в душе, последовало долгое мучительно-сладостное продолжение.

От этих воспоминаний у нее заныло в паху.

— Ты был великолепен в ту ночь, и тебе это известно. — Шеннон тихонько ударила его по руке. — Почему ты сердито ухмыляешься?

— Ты больше не хочешь меня. — Его голос звучал мрачно.

— Но ведь я права.

— Посмотри-ка на меня.

Шеннон повернулась и решилась взглянуть на него — в первый раз после того, как он присел рядом с ней.

Очень трудно смириться с тем, что они больше не любовники.

— Если бы я тогда призналась тебе, все стало бы слишком серьезно.

Слишком торжественно.

Его предложение финансовой помощи все еще разделяло их и мучило ее. К тому же Тони скрывал от нее очень важную вещь.