Другой бы точно что-то сделал. А он-нет.

— Лен, что случилось? Ты блевнула на него? — непонимающе кошусь на подружку, на что она кривит лицо.

— Если бы. Видишь, все познается в сравнении, блевотня не так страшна. Я его ногой пнула в процессе… В общем, это ужас, — тяжелый вдох, выдох. — Кстати, сильно ударила, дура…

— Ой, да что ему будет, он же как морж, поди ничего не почувствовал. Ему даже полезно, пусть знает, что будущая жена умеет драться. Лен, давай я приеду, и мы все обсудим. Я возьму винишка, мы наклюкаемся, и ты все расскажешь.

— Нечего рассказывать, Стеш. Хотя есть кое-что. Я папе недавно звонила, и знаешь, у меня через семь месяцев появится братик, — тишина…и только мы с подружайкой переглядываемся друг на друга.

— Ты…поэтому такая грустная?

— Нет. Он же давно хотел сына, пусть порадуется.

— Лен, тогда что случилось? Подумаешь ногой двинула моржу, ну не помирать же из-за этого теперь. Придет он к тебе еще сотни раз, не парься. Просто по-человечески объясни мужику, он же тоже не железный, хоть и моржовый, — усмехается подружка, подмигивая мне.

— Мне кажется, что я реально немного того… сошла с ума. Не понимаю, это было правдой или я себе надумала. Это уже клиника… я же понимаю это. Знаешь, я позвонила папе не просто так. Никогда не говорила с ним о том, что тогда случилось. Проблема устранена и все. Зачем мне вдаваться в такие подробности. А сегодня спросила впервые, что стало с теми людьми. А он четко сказал, что их больше нет. А мне кажется есть. Вот и не понимаю, это паранойя, сумасшествие или реально правда.

— Я ничего не понимаю. Давай я все же приеду к тебе.

— Нет, — четко произносит Лена, шмыгая носом. — Я хочу побыть одна. Все, Стеш, завтра созвонимся.

Подружка даже не успела ничего ответить, как Лена уже положила трубку.

— Она не склонна к суициду, если что. Просто она… расстроена, — встаю с дивана, направляюсь к входной двери, но меня тут же хватает за руку хозяйка квартиры. — Я забыла сказать, несмотря на то, что Лена тебя… немного избила, ты единственный мужчина, с которым ей хорошо. Блин, это сложно объяснить из-за удара ногой, но..

- Я понял, можешь не продолжать. Спасибо, — вполне серьезно произношу я, надевая ботинки.



Глава 37

Как только сел в машину, голова начала реально пухнуть от потока мыслей и дурацких картинок. Теперь все Ленины слова воспринимаются совершенно по-другому. И все логично и понятно. Вот только как себя с ней правильно вести-ума не приложу. Может и ехать к ней сейчас не стоит или вообще нельзя, хрен знает. Только знаю, что не смогу и глаз сомкнуть, пока ее не увижу. А если призадуматься, не все так плохо, если бы не инцидент в подъезде, возможно сейчас мы бы лежали в обнимку или танцевали с колготками на голове. Нет, с чулками на голове. Она же готовилась.