Горничная всегда была особой рассудительной и достаточно быстро поняла, что вьется вокруг нее Осберт не случайно. Она прекрасно представляла, что сделал бы с ней мэтр, если бы не помощь солдат.

Разумеется, спать она не могла. Напротив, потушив свечу, тихонько отодвинула штору и пронаблюдала, как по слабо освещённой лунной дорожке, пригибаясь и прячась за растущими по обочинам кустами, двигаются несколько теней. К сожалению, окна у неё выходили не в сторону двери. Потому, чем завершилась стычка, она узнала только через несколько минут, когда внизу раздались громкие голоса, среди которых выделялся громкий и уверенный хозяина:

- Заприте их в кладовку. Главное, проверьте, чтобы были хорошо связаны.

– Господин барон, а этого куда?

– Хромого оставьте здесь…

Только после этого горничная почувствовала, как отступает напряжение. Перекрестилась и хрипловато пробормотала:

- Слава тебе, Гос-споди...

Аккуратно выглянув из комнаты и убедившись, что все спокойно, она торопливо направилась к госпоже: нужно было зажечь свечи и уточнить, не нужно ли баронессе чего-либо.

Глава 59

- Ну? Рассказывай! - нетерпеливо потребовала баронесса.

Только что конюх снял Арту лангеты с лапы, и теперь они втроём медленно брели по неширокой тропинке в саду за особняком. День был по-летнему жаркий, даже душный. Эрик старался идти так, чтобы большая часть тени от деревьев доставалась Эльзе и псу. Сейчас собакен, удерживаемый коротким поводком, высунув язык, неторопливо вышагивал рядом с хозяином, изрядно прихрамывая."

"Ночью барону совсем не удалось поспать. Сперва они с графом фон Вернером допрашивали задержанных бандитов. Пожилой граф был настолько предусмотрителен, что привёз с собой священника, который и подтвердил своей подписью всё, что Йенс внёс в протоколы допросов.

Запирались преступники не слишком долго, поняв, что палач, привезённый почуявшим победу графом, церемониться не станет. Пусть каждый из банды и понимал, что смертная казнь за такое преступление неизбежна, но есть разница – умереть быстро или же долго мучится перед смертью. Так что “каялись” все дружно и почти охотно.

Затем барон успокаивал фон Вернера, порывавшегося немедленно ехать во дворец к герцогу с жалобой.

- Ваше сиятельство, нам некуда торопиться. А ваш костюм совершенно измят и запачкан. Не годится показываться при дворе в таком виде. Все бандиты под надёжной охраной ваших же солдат. И без вас я совершенно точно герцога навещать не стану.

Графу пришлось смириться и отправить слугу к себе домой за свежей одеждой. Барон только и успел за это время умыться и вынести Арта в сад, давая возможность псу облегчится. Завтракали оба торопливо, так как солнце уже встало, и фон Вернеру не терпелось.

“Похоже, маркиз нажил себе страшного врага.