– Неужто любопытства не проявила?

– Теперь, конечно, проявлю.

Артем сунул пленку в карман пиджака.

– Ты на всякий случай поосторожнее, вдруг там наши политики, чтоб им... – При слове «политики»

Вешнякова так перекосило, что я всерьез испугалась, как бы у него пиво назад не попросилось. – Завязала бы ты с этим, – сказал он укоризненно.

– С чем?

– Лезть не в свое дело. Чего фотоаппарат ментам не отдала?

– Я отдавала, они не брали.

– Сегодня?

– Сегодня не отдала из вредности.

– Ясно. Пленку проявим, посмотрим. А про убитого парня даже не заговаривай, у меня своих дел выше крыши, хоть караул кричи.

– Но хотя бы справки навести о нем ты можешь?

– Как ты мне надоела, – простонал Артем, поднялся, чмокнул меня в макушку и ушел.

– Я ему надоела, – пожаловалась я Сашке, он все это время лежал в сумке, не замеченный Артемом. Для такой выдающейся собаки это попросту оскорбление.

Сашка продемонстрировал зубы и зарычал.

Мы встретились с Вешняковым уже на следующий день. На этот раз инициатива исходила от него.

– Я сегодня домой собрался пораньше, можем встретиться по дороге, возле парка, часов в шесть. Идет?

Ровно в шесть я была возле парка. К моему удивлению, Артем приехал раньше, он бродил возле своих «Жигулей», с сердитым видом пиная то одно, то другое колесо.

– Резину пора менять, – сообщил он.

– Поменяй.

– Было бы так просто, я б тебе не жаловался, – съязвил он.

– Хочешь, я тебе подарок сделаю на день рождения. Хочешь?

– Я хочу, чтоб ты никуда не лезла и оставила меня в покое, – вздохнул он.

– Фотографии интересные? – насторожилась я.

– Дерьмо, а не фотографии. – Он распахнул дверь машины, предлагая мне сесть, и сел сам, достал из кармана конверт и бросил мне на колени. – Отснять успели лишь четыре кадра. Взгляни.

Я достала фотографии из конверта, две были практически одинаковые: четверо мужчин с напряженными лицами. На второй фотографии у того, что слева, широко раскрыт рот, похоже, он кричит. У седого благообразного мужчины с бородкой сжаты кулаки.

– На что это похоже? – удивилась я.

– На футбольный матч, – хмыкнул Артем. – Когда наши по воротам мажут.

Другие две фотографии были гораздо худшего качества. Мужчин на них было больше, они стояли плотной толпой, лица почти у всех смазаны.

– Знакомые среди этих типов есть? – спросила я.

– У меня нет.

– У меня тоже. Так что политиками здесь не пахнет."

"– И слава богу, – обрадовался Артем. – Зря ментам фотоаппарат не отдала, ничего в этих фотографиях особенного нет. Чего губы надула? Небось горюешь, что никаких пакостей откопать не удалось?

– Еще как, – вздохнула я, продолжая разглядывать фотографии. – Скажи на милость, зачем нужны парню фотографии каких-то типов?

– Вот уж не знаю. Может; хотел запечатлеть какое-нибудь памятное событие.