Говоря последнюю фразу, Аззазель сделал характерный жест, будто бы чистил зубы невидимой щеткой.

Наркоман, которого Азазель назвал Шниффером, воровато огляделся, проверяя, не услышали ли об этом «грешке» друзья. Но сидевшие за столом мирно спали, погруженные в крепкий героиновый сон. Шниффер открыл было рот, но Аззазель жестко его оборвал:

— Си-деть!

Наркоман мигом послушался, попятившись назад и словно марионетка сел на колченогий стул. Открыл рот и с удивлением уставился на Аззазеля:

— Так вот, Шниффер. Мы приехали сюда потому, что ваш притон указан в поисковике как неблагонадежный. И мне очень хочется знать, где вы берете товар?

В этот момент в беседу вмешался ещё один человек. Видимо, героиновый демон все же отпустил сидевшего за столом Панка. Он поднял голову и уставился на нас обессмыслившимися глазами:

— Вы ещё кто такие? — спросил он.

— Не волнуйся, мы скоро уйдем, — успокоил его я.

— Нет, вы уйдете сейчас. А ну живо пошли отсюда на хуй.

— Не пыли.

— Я могу быть опасен, придурки! — взвыл нарик. — Пошли вон!

Это заявление Аззазелю не понравилось. Но ещё больше оно не пришлось по душе Максу, который подошёл к столу, схватил Панка за затылок, и с силой приложил его лицом о столешницу. Удар был так хорош, что голова аж отскочила от грязной поверхности, как мяч. Панк выпрямился, а потом сполз со стула на грязный пол. На его носу осталась раздавленная муха.

— Хороший удар, — с уважением протянул Аззазель и улыбнулся. — Мой товарищ спортсмен. Ходит в зал, жмёт от груди штангу. Сколько жмешь, Макс? — с любопытством уточнил он. — Три блина по двадцать килограмм?

Боец кивнул.

— Уважаю. А ты, Шнифер? Сколько?

— Чего? — наркоман почесал затылок и непонимающе уставился на гостя. — Чего сколько?

— Сколько жмёшь?

— Ччч чего жму? — переспросил Шниффер, которого, видимо, тоже впечатлило наказание товарища за чрезмерные ругательства в наш адрес.

— Да ты и носок мокрый не выжмешь, ебучий наркоман.

Аззаель слегка прикрыл глаза, чтобы не видеть омерзительного окружения и этих уродов. Он тяжело вздохнул, вытащил из кармана небольшой блокнот, вырвал один из тонких листков. Насыпал на него щепотку темно-зелёной, высушенной травы из маленькой металлической коробочки.

— Никогда не понимал нынешнюю молодежь, — с отвращением произнес он, заворачивая траву в листок. — И эту вашу тягу к синтетике. Даже косяки сворачиваете не пойми как. Бадяжите продукт кокаином. Чистый продукт помогает ценителю расслабиться после долгого трудового дня. И забыть про общение с такими вот отбросам типа вас. Зачем садиться на «хмурый»? Или кислоту? Гнать во вене химию? Это же единственные наркотики, которых стоит избегать. Любой скажет.

Аззалель повернулся к напарнику.