От остальных строений осталось лишь полуразрушенные остовы.

Местечко это с самого начала показалось мне странным. Дело не в обветшалом фасаде дома, покосившейся ограде, когда-то выкрашенной в белый цвет, не в вытравленным солнцем газоне и безобразном кустарнике, разросшемся вдоль выложенной потрескавшейся плиткой дорожке. Даже облезлая дверь с металлическим молоточком по центру не смотрелась нелепо. Меня не смущали грязные окна, потрескавшийся лак на деревянных панелях. И даже крыша с отвалившейся местами черепицей не казалась неуместной. В какой-то момент жизнь стала слишком дорогой, чтобы содержать подобные строения в идеальном порядке.

Что-то неправильное было в этом месте. Неуловимое взглядом, но отчетливо ощущаемое нутром. А я привык доверять чуйке. Она никогда меня не подводила.

— Восемь, — прошептал я, отмечая позиции людей на территории особняка. — Хотя, нет… Десять.

На пороге дома появилось двое. И в этот момент, один из людей, что стоял у ворот особняка, указал рукой в сторону дома, где я прятался:

— Епвашумать, — вырвалась у меня.

Я торопливо съехал по ступеням, держась за поручни, и спрятался в бурьяне, уйдя в тень полусгнившей стены, стараясь держаться в тени, но удача моя была недолгой.

— Я на месте.

В двух шагах от меня, на выходе с участка, стоял один из бойцов охраны. Он всматривался в заросший участок, потом коротко что — то сказал в рацию.

Следом за ним, на участок тенями скользнули ещё два бойца в черном камуфляже. В руках у них были короткоствольные автоматы. Они разделились, огибая дом. Третий же остался охранять вход.

«Топоры».

В ладонях чувствовалась успокаивающая тяжесть клинков. Я сделал несколько шагов вперед, приближаясь к бойцу, и когда я уже почти подкрался к противнику, где — то за углом дома раздалась какая — то возня и приглушенный вскрик. И охранник тут же выхватил из кармана рацию:

— Что у вас там?

— Все чисто. Проверь постройку на западе. Там какой — то сарай, — раздалось из динамика сквозь треск и помехи.

— Понял, — коротко ответил мой оппонент и направился вглубь участка.

Беззаботно мыча незатейливую мелодию, он прошел почти вплотную со мной. И я замер прижавшись спиной к холодной влажной стене дома и затаив дыхание. Но боец неторопливо проследовал мимо. Решив не упускать такую возможность, я прокрался следом за жертвой.

Когда до цели осталась пара шагов, я рванул вперёд, срывая дистанцию, и ударил бедолагу под колени, заставив ее присесть. Тот дернулся, но я уже стоял за спиной, зажав рот и не мешая позвать на помощь. Теперь, вместо слов, противник мог издавать только бессвязное мычание. Он вцепился в мою руку, пытаясь оторвать ее от лица, но жить ему оставалось считанные секунды.