И тут же увернулся от удара кулака, в очередной раз поражаясь своему сопернику. Твари удалось за долю секунды вскочить и снова атаковать. В один прыжок это существо оказалось передо мной, двигаясь так быстро и ловко, что я только диву давался, как у него это получалось.

Я перехватил руку атакующего, резко выворачивая кисть и ударив коленом в локтевой сгиб. Ногу полоснуло болью, будто я по своему скудоумию, решил пнуть бетонную плиту. Павел наотмашь ударил меня, вырвалась из захвата, и в один прыжок отскочил назад. Мне показалось, что мой противник улыбнулся, продемонстрировав внушительного размера иглоподобные клыки и выскользнувший из пасти раздвоенный язык.

Атака противника едва не застала меня врасплох, до того быстро эта тварь ударила когтистой лапой, пытаясь сграбастать меня. Лишь в последний момент я отскочил в сторону, разминувшись с противником. Сделал пару шагов назад. А Павел, тем временем, яростно шипя бросился на меня.

Быстрая серия выбила меня из колеи. И если первых двух ударов кулаком мне удалось избежать, то третий попал точно в скулу, отозвавшись резкой вспышкой боли, и вывел меня из равновесия. Я отлетел к стене, разбив спиной хлипкий журнальный столик."

"Мир моргнул и рассыпался на сноп разноцветных искр, после попадания прирожденного. Я отшатнулся в сторону, сплюнул на пол красный сгусток, в котором белели осколок кости. Противник с ревом замахнулся, намереваясь меня добить. Это читалось в его глазах. Во взгляде существа отсутствовало хоть какое-то подобие разума. Только ярость и желание убивать. Хотя, признаюсь честно, разговор с ним у нас как-то с самого начала не задался.

— Хороший удар, — прохрипел я и одобрительно кивнул.

Хозяин дома вновь атаковал, но в этот раз я был готов. Отшатнулся в сторону, пропуская кулак перед собой.

И тут же ударил в спину, не давая существу опомнится.

Удар тяжёлого ботинка сбил противника с ног, и тут же, не мешкая, я нанес пару сильных тычков по ребрам и отпрыгнул в сторону. Павел вскочил на ноги, бросившись на меня. Я отступил на шаг назад. Как раз в тот момент, когда жилистая нога — лапа, увенчанная длинными загнутыми когтями, уже была нацелена мне в живот. Лишь в последний момент я перехватил ногу, с размаху ударил локтем в коленную чашечку, пнул носком ботинка в голень опорной лапы, заставив ящера потерять равновесие, и оттолкнул от себя.

Я сделал очередной шаг назад, утирая рукавом пот со лба. А вот Павел, судя по всему, был очень вынослив. Потому что он как ни в чем не бывало, вскочил с пола. Нужно было как можно быстрее измотать противника, иначе придет мне пиздец.

С шипением ящер оттолкнулся лапами от земли и взмыл в воздух, пытаясь атаковать меня сверху. Но я был готов.