Деклан сдержал смех, наполнив рот бренди, в то время как я просто повернулся к бедной, сбитой с толку девушке передо мной.

— Да, гад… Адриана? — спросил я.

Она посмотрела на меня так, как будто знала, что я чуть не сказал.

— Мэм хотела, чтобы я спросила вас, во сколько вы вылетаете утром?

Деклан выплюнул напиток, попавший в рот, закашлялся, как умирающий, прежде чем истерически расхохотаться."

"Я уставился на нее на мгновение, прежде чем выйти из комнаты, не ответив. Я убедился, что все ее мужчины были далеко. Не было никакого гребаного способа, которым она должна была освободиться от этих наручников. Они были спроектированы мной и изготовлены из армированной стали. Ворвавшись в крытый домик у бассейна, я замер.

— О, мой дорогой кузен, ты встретил равного себе, и за этим чертовски забавно наблюдать, — пробормотал Деклан, стоя прямо рядом со мной, пока я смотрел на сломанный шезлонг, теперь покоящийся в своей водяной могиле.

Еда все еще оставалась несъеденной, и все полотенца тоже валялись на дне бассейна.

— Я иду спать, — сказал я ухмыляющемуся дураку, который был моим двоюродным братом.

— Спи с одним открытым глазом, кузен, и держи руку на пистолете. Она может просто убить тебя сегодня ночью, — сказал Деклан, когда я возвращался в комнату, которую мне дали на ночь.

Когда я вошел, мои усиленные стальные наручники разорванными на мелкие кусочки были разбросаны по всей моей теперь сломанной кровати. Вдобавок ко всему, гребаная записка, написанная ее четким почерком, с приклеенной к ней пулей.

«Я пришла навестить тебя, дорогой, чтобы мы могли закончить то, что начали в подвале, но вы с твоей кузиной были заняты тем, что хихикали, как школьницы. Ну что ж, надеюсь, ты хорошо проведешь ночь. В постели, ну… Ты ведь понимаешь, милый?

Шах и мат.

Мелоди Джованни»

Я мог слышать ее смех, звенящий в моих гребаных ушах. Шах и мат? Она думала, что это был шах и мат?

Мы еще даже не начали играть. Сияя, я запрыгнул на изрешеченную пулями кровать, взбивая перья, прежде чем вытащить телефон и быстро набрать номер.

— Алло, мама? Мне жаль, что уже поздно.

— Я уже начала думать, что ты забыл обо мне. Я скучаю по всем вам. В доме так тихо, что я не могу думать. О, как поживает Мелоди? Она красива? Однажды я встретила Орландо, и он был красив. Я уверена…

— Да, я тоже скучаю по тебе. Да, Мелоди… Она единственная в своем роде, мама. Я звоню, чтобы узнать, не будешь ли ты против устроить для нее приветственную вечеринку. Просто чтобы показать ей, как я счастлив, что она есть в моей жизни.

— Неужели? Похоже, кто-то сражен наповал. Звать всю семью?

Мне захотелось закатить глаза.

— Да, всю семью. Ты можешь это сделать? Она почти такая же одержимая, как Оливия.

— Ты уверен, что она не устанет?

— Она совсем не устанет.