Улыбнувшись ей еще раз, я встал и выпустил еще одну стрелу в дерево, наблюдая, как еще одна красивая птица падает навстречу своей смерти.

— Выпендриваешься.

— Я нашел единственное оружие, которое моя жена не может использовать. — Я усмехнулся, когда Мел посмотрела на меня. — Я думаю, что буду прибегать к его помощи как можно чаще.

— Я охотница за людьми! Кто охотится на людей со стрелами? — она огрызнулась, и я открыл рот, чтобы заговорить, но Мел свирепо посмотрела на меня.

— Если ты скажешь «Зеленая стрела»41, я выстрелю тебе в бедро, — добавила она, и все, что я мог сделать, это ухмыльнуться ей.

— Все люди — животные, любовь моя. Они замирают, когда боятся. Они кричат от боли, когда умирают. Охотник есть охотник, и если ты можешь убить оленя, ты можешь убить человека. Это так просто, — ответил я. — Плюс, я не собирался говорить «Зеленая стрела», может быть, «Соколиный глаз»42 или «Китнисс Эвердин»43, но определенно не «Зеленая стрела».

Ее глаза расширились, и она отвернулась от меня, направляясь обратно в лагерь. Догнать ее было нетрудно.

— Ты такой ребенок, — сказала она, но я мог видеть легкую усмешку на ее губах.

— Да-да, — произнес я, беря ее за руку и притягивая к себе. Она посмотрела на свои руки, а затем на меня. Я знал, что ей было немного не по себе, но моя девочка не отстранилась.

— Что? Разве ты не собираешься попросить меня сначала успокоиться?

— Может быть, если бы мы были в пятидесятых годах прошлого века.

— Ты когда-нибудь была на свидании? — спросил я ее, заставляя нас остановиться.

— Я не хожу на свидания, и тебе лучше тоже не пробовать на мне это романтическое дерьмо, — сказала она.

— Девушкам нравится романтическое дерьмо.

 — Я улыбнулся. Она всегда заставляла меня улыбаться, и я не был уверен, смогу ли заставить себя скрыть это от нее или от всего мира.

— Я не одна из этих девушек. Я Мелоди.

— Мы можем пойти на компромисс, — сказал я, прислоняясь к одному из домов.

Она скрестила руки на груди и выпрямилась. — Или я могла бы застрелить тебя.

— Насилие — это не выход, любовь моя. Ну, насилие против меня — это не выход, — ответил я, быстро соображая. — У нас могут быть секретные свидания. Ты и я в нашей спальне, где только я могу видеть, какая ты добрая.

Прежде чем она успела заговорить, я притянул ее к себе и прижал к дереву, безжалостно целуя.

— В особых случаях мы можем убить полицейских или любого другого, кто снова встанет у нас на пути в пижаме. Мы можем смотреть, как они истекают кровью и горят, пить вино, трахая друг друга снова и снова. В конце концов, мы оба охотники за людьми, — прошептал между нашими губами.

Она поцеловала меня, прижимаясь всем телом ко мне, и с усмешкой отстранилась.

— Ты точно знаешь, как очаровать женщину.