Ты ведь помнишь, как для нашей семьи это важно, — мама читала мне нравоучение холодным надменным голосом.

Меня аж взбесила ее беспросветная простота."

"— Ма, а зачем платье? Может сразу голой поехать и стать раком перед дверью Рината. Этого ты ведь требуешь? Чтоб я помирилась с этим придурком и продолжала трахаться, как ни в чем не бывало. Только теперь уже за деньги, которые надо папе. Мне надо озвучивать свою таксу ему каждый раз? Может вам надо будут деньги на мелкие расходы. Так я могла бы ему минет делать чаще. А вообще, чего заморачиваться на Ринате?! У папика куча богатых старых мужиков в друзьях.

Можете меня подложить под каждого. Больше наколымим, — я вскочила с дивана. Схватила ключи от машины и побежала к двери.

— Боже, Лили, какая же ты грубая…

Донеслось мне в спину.

Конечно! И чего это я не радуюсь тому, что родная семья выставляет меня на торги, как породистую кобылицу.

Я набрала номер Рината. Хотят, чтоб мы помирились, так тому и быть. Достали уже. А у меня корона не спадет, если пересплю с ним снова. Чего я там не видела!

Сонный осипший голос удивленно поприветствовал меня. Он вчера тоже круто оттянулся.

— Я заеду, нам надо поговорить, — без предисловий предупредила я, чтоб он успел выпроводить всех шлюх из своей постели.

— Конечно…киса, жду, — после секундного раздумья родил мужик.

Фу. Меня передернуло от его ""киса"". Еще и вчерашняя текила напоминала о себе в голодном желудке.

По пути решила заскочить в ""Универ"" и взять себе капучино, чтоб не стошнило при виде потрепанного Рината.

Остановилась у входа и замерла от неожиданности.

Черный байк сверкал на парковке. Значит Платон тоже в кафе.

Я занервничала.

Снова завела машину, намереваясь сбежать.

Несколько секунд просидела в своих раздумьях. Выключила свой Порше.

Пошел к черту, фрик, чтоб я еще пряталась и избегала его. Слишком много чести.

Я посмотрела в зеркало. Волосы уже высохли и пушились ежом. Совсем не накрашена и в домашнем спортивном костюме пудрового цвета. Даже лифчик под футболку не надела. Хороша! Чтоб его!

Попыталась пригладить волосы. Достала из рюкзака расческу. Порвала спутанные пряди. Пора прекращать краситься в блондинку, потому что даже самые дорогие краски портят и сушат концы.

Завязала высокий хвост. Стало не намного лучше, но плевать. Естественную красоту ничем не испортишь. Тем более, что Платон вчера меня грубо отшил.

Только сердце непослушно выскакивало из груди. Билось очень быстро и хаотично в предвкушении встречи.

Я вышла из машины и поставила ее на сигнализацию. Медленно, словно давая себе шанс одуматься, поплелась ко входу в кафе.

Большой зал ""Универа"" был заполнен праздными студентами. Все галдели, как те куры с которыми я провела ночь, благодаря Самойлову.