Я старалась не смотреть на этого ушлепка. Быстро достала из кармана в рюкзаке перцовый баллончик с телефоном.

— Э, ты че…

Только и успел пискнуть он. Поднял на меня раздосадованное лицо. И огромная струя едкого перца зашипела у него в глазах и на коже. Я с силой давила на баллон, а он истерично завизжал. Как баба, ей богу!

Я отскочила от него на три шага, что б самой не травануться.

Включила камеру на мобильном и начала снимать, как Валик, секунду назад очень крутой повеса и уличный бандюган, теперь попущенный без штанов, с мелким опавшим членом бился в металлические стены и тер глаза.

При этом он так орал и выл, словно ему наживо почку вырезали.

— Э, гандон мелкий, помахай своим фанатам рукой. Валик, кажется, тебя зовут.

Я ржала над ним недолго. Потом стало жалко его. Эта хрень в моем баллоне забористая. Можно и ослепнуть, если вовремя глаза не промыть.

Я схватила его за руку и оттащила от гаражей подальше. Он завалился на асфальт и начал качаться по грязюке. Продолжал плакать и скулить, прижимать ладони к лицу.

Я спрятала телефон и достала бутылку минералки без газа.

— Давай, крутыш, промоем морду. А потом помчишься в больничку.

Тебе специальным раствором глаза закапают. А то всю женскую красоту будешь в слепой темноте по памяти вспоминать.

Эх, что за мужики пошли. Вечно надо им доказывать, что сейчас в мире нет места сексизму и унижению женщин. Думаю, мой урок он надолго запомнит!

Глава 32"

"Я присела перед несчастным Валиком на корточки. Начала лить на его ладони воду. Бедолага охрип от криков и тихо скулил.

— Убери руки от лица. А то я только твои кулаки мою, — строго приказала я.

Валик неохотно повиновался. Бляха, глаза его опухли и кожа на лице покраснела.

Несколько раз я пользовалась своим чудо- баллончиком. Но тогда быстро сбегала от приставучих гопников.

Последствия действия перцового газа для меня были загадкой. Теперь же, видя эту краснолицую стрекозу без штанов я реально занервничала.

Вылила на его морду вождя краснокожих весь литр воды, а ему нихрена лучше не стало. Кажется даже наоборот сильнее начало разъедать.

— Слушай, пострадавший Дон Жуан, а где ближайшее приемное отделение больнички? — встревоженно спросила я. Он только промычал нечленораздельный бред. Понятно. Все мужики марсиане.

Сначала важные и храбрые, а как нюхнут пороха и перца, сразу краснеют, как инопланетяне и переходят на свой язык, непонятный простым землянам.

Я снова достала телефон. Набрала в Гугле адрес неотложной помощи. Всего квартал. Но я сама не дотащу этого убогого.

— Лежи тут, красавчик. Я сейчас твоих собутыльников позову. С ними воспитываешься, пусть тебя и спасают, — я встала и побежала к воротам многоэтажки.

Влетела на площадку и нос к носу столкнулась с Лешкой.

Глянула ему через плечо — во дворе никого.