В грузовом отсеке еще четыре человека… Та-а-ак… Одна из них — женщина, которую собираются украсить личиной и подослать к тебе в образе Ольги… На нашем «Буране». Что еще? Грузовой отсек экранирован… Есть оборудование для взлома телефона… группа утилизации, которая высаживается из черного «Мастифа» и собирается растворить трупы, оставшиеся в кабинете… и группа подстраховки на сером «Варане». Последних четверо. Все — со штурмовыми автоматами и… в броне ГБР местной полиции. А что у них за электроника? Ха, это не силовики: блоки «свой-чужой» их брони не отвечают на тестовые сигналы!

В тот момент, когда Дайна озвучила словосочетание «в броне местной полиции», «Стихия» вошла в поворот по совершенно безумной траектории, и я чуть было не отвлекся на оценку ситуации на дороге. Но тупить под боевым коктейлем было проблематично, поэтому я задвинул куда подальше страх впороться во встречные автомобили, между которыми, как мне показалось, было невозможно «протиснуться», и продолжил впечатывать в память все, что говорила Дайна. А через долю секунды время спрессовалось еще сильнее:

— Значит, так: наша девочка в грузовом отсеке… и начинает приходить в себя! Я срываю реанимобиль с места и укладываю набок, иначе ее поломают…

А ты готовься — мы будем на стоянке через сорок восемь секунд!

Я быстренько обновил «баффы» и закрыл глаза, чтобы не отвлекаться на мелькание машин, и отрешенно порадовался предусмотрительности верной помощницы, взвинтившей темп речи так, чтобы ее можно было понять даже под просветлением:"

"— Начала движения без команды старшего, да еще и в столь экстремальном режиме, народ точно не ожидал… А мой расчетно-аналитический модуль позволяет… хе-хе… всякое. Так что самый пластичный и, вероятнее всего, самый опасный мужичок совершенно случайно впоролся виском в угол подвесного шкафчика с какой-то аппаратурой… А этот вираж с небольшим, но очень своевременным торможением поможет… вернее, уже помог здоровячку, выхватившему нож, впороться носом в затылок дамочки.