Ему принадлежат многие предприятия, к тому же этот человек замечен в участии во всевозможных акциях. Я не знаю, какой он в жизни. Но в том, что именно он сейчас сидит напротив и буравит меня взглядом, нет никаких сомнений.

– Так кто ты такая?

Выглядит он слегка помятым. На бедрах только потертые джинсы. На груди виднеется несколько ссадин. Судя по всему, он отбивался, пока его сюда тащили.

– Я уже сказала, Ульяна. Как я здесь оказалась, не имею ни малейшего понятия.

Ярослав дергает рукой, и снова по ушам долбит неприятный лязгающий звук. От запаха, исходящего от тряпья, которое накинуто на мое тело, начинает тошнить. Осматриваюсь по сторонам и замечаю в углу плохо приспособленную дырку. Видимо, она здесь для человеческих нужд. Под ложечкой начинает неприятно холодеть.

– Это ещё что за херня?

Мужчина рычит, продолжая дергать рукой. Он пытается встать, но стул надежно закреплен на полу, а цепь не такая длинная, чтобы он смог отойти.

– Это ты подстроила все это?

Мое лицо удивленно вытягивается, недоуменно всматриваюсь в него. Он похож на огромного злого зверя. Глаза полыхают неконтролируемой яростью, кулаки сжаты до выпирающих вен. Грудная клетка тяжело ходит ходуном от быстрого дыхания. И сейчас я радуюсь, что его приковали. Потому что в противном случае он бы выместил свою злость на мне.

– Вы меня слышите вообще? Я приехала к вам, чтобы отдать документы от фирмы, которая занимается вашей предвыборной кампанией, и теперь я тут, как и вы.

Не выдерживаю и начинаю кричать от злости и безысходности. Холод так и норовит пробраться под тряпье, в котором я сейчас сижу перед этим непробиваемым человеком. Сердце в груди делает сто ударов в полминуты, и я уверена, что это не предел. Стискиваю зубы до боли, чтобы только не разреветься. Паника накрывает волнами, то пытаясь утопить, то полностью исчезая. Не понимаю, зачем я здесь и для чего нас заперли.

Слышится очередное ковыряние в замке и заходит какой-то незнакомый мужик размером два на два. Небрежно швыряет железную тарелку с непонятным содержимым и стакан с водой.

Я смотрю на все это широко распахнутыми глазами. Ладони начинают потеть, мне не по себе от взгляда, которым меня одаривает эта махина. Плотнее закутываюсь в тряпку, только бы не показать лишнего. Потому что этот амбал больше меня раза в три, прихлопнет, как козявку. Во рту накапливается кислота. Дыхание перехватывает при виде того, как этот мужик делает ко мне шаги. Сердце холодеет, а спина покрывается ледяным потом. Я ощущаю, как по коже сползают капельки, впитываясь в ткань сорочки.

Грубая ладонь обхватывает мою щеку, и я непроизвольно дергаюсь под голодным взглядом. В груди растет черная дыра.

– А ты хорошенькая, птичка.

По спине пробегает дрожь.