Я плохо представляла, как смогу осуществить его новый приказ, но понимала, что мне придется подчиниться в любом случае.

Возможно, ничего не получится, и мужчина меня отпустит?

— Сама сделаешь или помочь? — его полные губы сложились в недоброй усмешке.

Я слабо кивнула в ответ, сил на слова не было.

— Ну, валяй, — мрачно ухмыльнулся Палач. — Выглядишь так, будто вообще впервые член видишь.

Так близко — впервые. Еще и настоящий, а не просто на фото или видео. Но ему об этом точно не стоило знать.

Я попробовала взять член в рот, но получилось не слишком удачно. Я сразу начала задыхаться и ощутила рвотный рефлекс, едва массивная головка заскользила чуть дальше по языку, упираясь в нёбо. А еще я, кажется, зацепила плоть зубами. Быстро отодвинулась и попыталась снова, постаралась открыть рот шире, не задумываться, просто сделать то, что требовалось, покончить с этой пыткой побыстрее. Но у меня снова ничего не получилось, я не могла взять член глубже.

Черт возьми, это невозможно. Он никак в мое горло не поместится и даже в рот не войдет дальше.

Я понимала, что на профессионалку теперь совсем не походила, лихорадочно старалась понять, как мне исправить ситуацию.

Мой план провалился.

— Что это за херня? — прорычал Палач, грубо накручивая пряди моих волос на кулак, а после прибавил: — Самый дерьмовый отсос в моей жизни.

Я открыла рот, чтобы возразить и сказать, что все умею, но Палач ухватил меня за язык, заставляя сильнее раскрыть челюсти и прикрывая нижний ряд зубов, а дальше мужчина натянул мою голову на свою возбужденную плоть. Резко и жестко, без намека на предупреждение, он вбился в самую глубину, проскользнул по языку до упора, вонзился прямо в мою глотку, растягиваю и распирая изнутри.

Я задохнулась от неожиданности, а после осознала, что и правда не могу дышать, ведь гигантский член вошел настолько глубоко, полностью перекрыл доступ воздуха. Я задергалась, пытаясь освободиться, но едва ли мои движения кто-то заметил и придал им хоть какое-то значение.

Палач начал трахать меня в горло, иначе подобное действие назвать не получалось. Казалось, внутри движется железный поршень, а не человеческая плоть, таким твердым и жестким он был.

Я еле успевала глотать кислород, вдыхала воздух урывками между размашистыми ударами чужой плоти в моем горле. Я будто попала в тягучее марево.

Его эрекция не ослабевала. Он обладал неистощимой силой, долбился вглубь будто отбойный молоток, врезался в меня с нежностью разъяренного зверя.

Мужчина толкался бедрами вперед и двигал мою голову, загребая волосы в пучок, дергая настолько сильно, будто желал снять с меня скальп.

— Горячая, — заключил он, но я не уловила в этом слове никакого смысла.