Так, значит?

Дмитрий Миллер?

Большой успешный, сука, директор?

— Он на заказ не пишет, — объявляет Марго. — Для нашего градоначальника сделал исключение.

— Спасибо, — искренне отзывается Чернышов. — Потрясающая вещь.

— Спасибо… — смущенно отвечает она.

Кошусь на ее лицо.

Порхает длинными ресницами, складывая под грудью руки и стреляя в меня быстрым взглядом.

Ловлю его в капкан, в ответ на это она чуть вскидывает подбородок и принимает скучающий вид.

Ну, нет.

Скучного тут ни хрена нет.

Тут у нас веселье.

— Ну что, Мить, — допивает свой виски Руслан. — партию? — тычет стаканом на бильярдный стол. — Яйца еще при тебе?

Марго фыркает. Блондинка смотрит на часы. По холеной роже Миллера стелется ухмылка:

— Да легко.

Перемещаемся к бильярдному столу. Желающих заценить партию достаточно.

Отойдя к фуршетному столу, без разбора набрасываю в тарелку канапешек, игнорируя удары шаров и развеселый треп за спиной.

Тупо жую, потому что голодный, как собака.

Пялясь в тарелку, работаю челюстями, стараясь не обделаться и стряхивая с пальцев икру.

— Да, блин! — слышу голос Чернышова. — Да ты издеваешься?! Виртуоз, твою мать!

Вскинув голову, смотрю туда, где разворачивается эта оживленная партия.

Первым делом глаза находят лиловое платье.

Потягивая шампанское, его хозяйка следит за игрой, как и десять человек помимо нее.

Резко отвернувшись, доедаю последний кусок и утираю тыльной стороной ладони губы. Залпом выпиваю стакан апельсинового сока и отряхиваю руки, грохнув тарелку на стол.

Ладно, блять.

Посмотрим, что там за партия такая.

Чернышова разносят два раза в течение десяти минут. И это только при мне.

Оценив ситуацию, сую ладони подмышки, дожидаясь, пока наш мэр найдет себе занятие поинтереснее, чем подставлять по очереди щеки, хотя по его виду понятно — он знал, на что шел.

Удар у его друга поставленный. Даже почти профессионально. Ясно — понятно. Быть центром всеобщего внимания ему явно по кайфу. Обратное было бы странным, при его-то должности.

Шило в моей заднице застряло слишком глубоко, чтобы адекватно оценивать свои поступки, поэтому, когда Чернышов сдается, прошу у него кий со словами:

— Кхм, можно?

Глава 6. Марго

— Давно не виделись, девушка… — слышу тихий шелест над своим ухом.

— Что? — отдираю глаза от бильярдного стола и поворачиваю голову.

Лицо городского “цементобетонного короля” Левина так близко к моему, что хочется шарахнуться.

— Как дела, юная леди? — повторяет липко.

Боже ты мой.

Как же он достал.

Растянув в улыбке губы, стараюсь вдыхать поменьше его резкого парфюма, которым он любит обливаться с головы до ног.

Ему почти восемьдесят, но через кабинет этой похотливой скотины прошло столько известных мне карьеристок, что удивляюсь, как его не долбанул сердечный приступ.