— Я уже женат.

Казалось, что-то разбилось. Это было мое сердце.

— Женат?"

"Анвэйи кивнул, затем взял меня за руку, переплел наши пальцы и приподнял их на уровень моих глаз, чтобы… чтобы я увидела идентичную татуировку у себя. О боги. Это то, о чем я думаю, да?

— Анвэйм… — выдохнула шумно, а мужчина рассмеялся и вновь притянул меня к себе.

— Ты моя жена, Света. Моя единственная и неповторимая. Только ты. Навсегда. Прости, что не спросил разрешения на брак с тобой, все случилось в спешке — ты умирала, мне нужно было передать тебе магию, а это возможно только при брачном ритуале, поэтому… твое недавнее признание в любви можно считать за согласие?

Я рассмеялась. Счастливо и весело.

— Можно, — прошептала и поцеловала его светлость. — Тебе можно всё. Я люблю тебя, Анвэйм.

— Я знаю, — хмыкнул эрлорд. — Но есть еще один невыясненный вопрос. Ты же понимаешь, что ты можешь отправиться в свой мир? Рарим сможет открыть портал… Правда, искать придется долго — миров бесчисленное множество.

Я помолчала. Свой мир я уже плохо помню, да и мои родные обо мне забыли. К тому же у меня другая внешность… Не говоря о том, что мой ребенок и любимый мужчина в этом мире. Именно здесь я стала по-настоящему счастливой.

Ты так мягко выгоняешь меня?

Анвэйм негромко рассмеялся и поцеловав в висок.

— Ни за что. Не для того я учился вновь проявлять эмоции и чувства, чтобы так легко отпускать тебя. Что скажешь?

— Скажу, что мое место здесь. Рядом с тобой и нашей дочкой. Кстати, о ней. Мне пора к Арише. Кажется, мы немного увлеклись.

— Если только самую малость, — Анвэйм выпустил меня из объятий. — Я обязательно зайду к дочери, как немного разберусь с предстоящей речью. Кстати, в спальне тебя ждет Авина, она принесла сменную одежду.

— Когда только успел позвать её? — буркнула я.

— Магией, — ответил Анвэйм, дотронувшись до виска, и камень в его лбу засветился. — Кстати, тебе тоже придется научиться управлять своей магией. Так что расслабляться некогда.

Вздохнув, я покинула ванную комнату, но при этом чувствовала себя на седьмом небе от счастья. Думать о чем-то ином или омрачать свои мысли предстоящим балом не хотелось. Будь что будет!

На бал мы выбрали сиреневое платье, такое же, как для малышки. Её следовало представить народу, но после этого сразу отнесут в детскую.

Бальное платье было словно создано из лепестков ирисов — нежное, воздушное, оно словно символизировало само счастье. Прическу тоже подобрали нежную — собирали волосы наверх, оставив две пряди обрамлять лицо, но это не была строгая прическа, наоборот, нарочито неряшливая.

— Его светлость пришел, — произнесла Авина с поклоном и улыбнулась. — Вы выглядите замечательно.

— Спасибо, — ответила я и подхватила малышку из люльки. Эстресс Марисель держалась рядом.