– Я могу написать наст… Варго, – запнулась я коротко. Луцию не нравился Варго, Варго не нравился Луций. Не понравился сразу, как только они познакомились – преподаватель Кернской нанес визит сразу, как только я начала выздоравливать. Неприязнь была такой осязаемой, что почти звенела в воздухе за ужином – и я сделала себе пометку поискать общее прошлое, которое может связывать этих двоих. К проблемам стоит готовиться заранее. – Яо нужен учитель. Мы не справляемся.

Луций поджал губы, переложил свитки на столе справа налево, а потом ещё раз – обратно, и – кивнул.

Щелкнули кольца, в воздухе полыхнуло силой, и с неяркой вспышкой Вестник улетел в Академию. В том, что Варго решит проблему и найдет кандидатов, я не сомневалась. Он взял под негласную опеку внуков Ву, официально предложив им личное ученичество, если они выберут стезю алхимии, как и просил их дед. Но ни Фей, ни Яо, так пока ничего не решили.

– Ты подготовила список? – Мастер постучал пальцем по золотому конверту с тиснеными буквами. Солнечный свет прочертил штрихи иероглифов – «Приглашение кандидату на восемьдесят шестой межшкольный турнир». Официальное.

Я бы назвала это не приглашением, а приказом, который испортил мне позавчерашний ужин – именно тогда Нарочный принес пакет для дяди. Каждый представитель нашей Школы, получивший белую мантию в одной из дисциплин, обязан участвовать в Турнире. Обязан. Отказ не принимался. И то, что мантию я передала Костасу – это не учитывалась тоже. Мы ехали на Турнир вдвоем. Я в качестве участника, птенчик Тиров – в качестве запасного кандидата по дисциплине Стихолосложения.

Стихи. Когда дядя прочитал это вслух, я подавилась рисом. И долго надсадно кашляла, запивая соком, Фей кудахтала, легонько похлопывая меня по плечу. Я и стихи. У Великого однозначно есть чувство юмора – судя по всему, он будет продолжать изощренно наказывать меня за попытку высунуться на Турнире. Сидела бы тихо – ехала бы на Юг в числе зрителей, как в прошлой жизни, и у меня были бы развязаны руки. Сидела бы тихо, не было бы ритуала и…

Я тряхнула головой, отгоняя мысли. Сейчас меня собирали на Турнир. Помимо того, что нужно непременно взять с собой, в Хранилище росла горка подарков для Кораев. Дядя уже договорился о том, что я остановлюсь у них, а к родичам, нельзя без положенных по этикету расшаркиваний. Но у меня по этому поводу было свое собственное, совершенно противоположное дядиному, мнение.

Прошлый раз у Кораев меня заперли на женской половине, заставили носить кади, и выпускали в город всего несколько раз – Турнир, аукцион, Гранола и лавки, которые так любили местные женщины. Все остальное время я торчала в гареме, постигая высокое искусство танца.