"

"Словно подтверждая это, Агата натянула поводья, и массивные удила, врезаясь в раскрытый клюв, заставили Кусю тряхнуть головой и сделать несколько шагов назад.

Инга, которая держала двумя руками яркий тяжелый плод, напоминающий кислотную тыкву, неожиданно замерла, уже не торопясь вновь обрушиться со всей своей яростью на противника. Травница всегда молниеносно просчитывала все возможные варианты своих действий. И ее замешательство означало лишь одно — наши шансы на победу резко сократились.

Я тяжело дышал, пытаясь справиться с эмоциями и мыслить здраво. А еще досадуя на то, как быстро закончилось наше преимущество, будто бы даже не успев начаться. А сам все смотрел на плененную Кусю. Какой же я феерический дурак!

— Неплохо, — сплюнул на землю Трепов. — Я знал, что ты можешь меня удивить, Матвей. Видишь, я называю тебя по имени, потому что признаю тебя как достойного противника.

Кощей сделал подобие шутливого реверанса. Правда, в процессе чуть оступился. Все же Юния его хорошо потрепала. Жалко, не успела довести начатое до конца.

— Однако давайте закончим с этой пустой тратой времени, — продолжил Тугарин. — Вы неплохо проявили себя, более того, действовали как слаженная команда. Я, если честно, впечатлен. Скажу больше, если вы сделаете все как надо и отступите, я даже не буду преследовать вас.

— Это великодушно, — первая отозвалась Травница, а после посмотрела на меня.

Нет, собственно по поводу Инги я никогда особых иллюзий и не строил. Ее преданность менялась, как флюгер в ураган. А может, она и слова такого вообще не знала — «верность». Вдруг потому они в свое время с Илией и разбежались?

Вот Рехон, уже погасивший себя с минимальным ущербом, неподвижно застыл, явно готовый к любому развитию событий. Его красивое лицо было непроницаемо. Такое обычно бывает у сытого человека, который забрел в гипермаркет и не знает, что ему выбрать, а не у того, кому угрожает смертельная опасность. Интересно, если я сейчас крикну: «В атаку!», он действительно ломанется крушить черепа?

— Что ты подразумеваешь под «как надо»? — спросил я.

— Матвей, ты неглупый парень. Нет, иногда проявляешь себя как король идиотов, но сейчас не тот случай, — устало произнес Тугарин.

Выглядел он под стать своему тону. Трепов и раньше не отличался пышущей молодостью, как та же Агата. А после долгого свидания с Юнией кожа его пожелтела, истончилась и теперь напоминала древний пергамент. Да и движения стали будто замедленными.

— Мне нужна реликвия. Достань мне ее, или твой питомец погибнет.

Агата в очередной раз рванула поводья на себя, и Куся заклекотала от боли.

— Я удивлен, что ты не воспользовался такой простой вещью, как каленое железо, — попытался улыбнуться он, но мышцы лица его не послушались. — Грифоны его очень не любят.