– На провокации арестантов не реагировать, не подпускать к ним никого, даже людей Гавриловича! Пусть убираются к чертовой матери, нечего им здесь делать!
– Что-то случилось, товарищ майор? – спросил Фролов.
– Ровным счетом ничего, – ответил Злобин. – Но мы же не будем дожидаться, пока случится.
Пашка Куделин крепко спал и поминал во сне некую Анфису Петровну. Женщина с таким именем носила погоны капитана, занимала должность военврача в медсанбате и была на пятнадцать лет старше Пашки. Но разве это препятствие для большой и чистой, а главное, неразделенной любви? Обсудить этот феномен безусловно стоило, но не сегодня.
Офицеры будили товарища легкими покачиваниями, утробным шепотом. Уже светало. Пашка распахнул глаза, впитывал, холодея, безрадостные новости.
Потом он уселся на матрасе, растер виски, поднял жалобные глаза и каким-то неживым тоном проговорил:
– Позвольте уточнение, товарищ майор. Я уже проснулся, да? Все, что вы сказали, это наяву?
– Ладно, пусть дальше спит, – сказал Кустовой.
– Вот черт, ну и дела. – Лейтенант занервничал, стал нашаривать сапоги. – Хоть спать не ложись, вечно что-нибудь пропустишь.
– Пашка, иди к черту! – заявил Вадим. – Да, не раскусил и несу ответственность за это. Враг умен, отлично маскируется, действует на чувствительные точки. Вы тоже ничего не заподозрили, хотя могли бы, учитывая вашу воинскую специальность. Двойка нам с вами, товарищи оперативники.
– Может, тройка, командир? – сказал Кустовой. – Мы все же выявили врага, хотя и с опозданием.
– Двойка, – повторил Злобин.
Лейтенант явился как лист перед травой, стоило только помянуть его. Сперва он робко заглянул в помещение, увидел, что офицеры не спят, вошел, отдал честь.
– Товарищ майор, разрешите доложить. По ходу ночного несения службы никаких…
– Заткнись и дверь закрой, – проворчал Вадим.
















Комментарии
Добавить комментарий