В итоге на Юру ходили посмотреть все, и некоторые даже отваживались капнуть кровью и поговорить, не будучи при том некромантами. Значит, здесь не пропадёт.

А дальше уже осень как-то быстро завершилась, подступила зима, а с ней и экзамены. Мне снова предстояло показательно бороться с нежитью, определять причины смерти и беседовать с покойниками. Я справилась.

Последний экзамен по специальности случился у меня в десятый день нового, тысяча девятьсот тринадцатого года. И в тот же вечер меня позвал в кабинет Афанасий Александрович.

— Ну что, Оленька, ты молодец. Как думаешь поступать дальше?

— А что я могу? — спросила на всякий случай.

— Если ты согласна, то я собираю комиссию, и на следующей неделе ты сдаёшь финальный экзамен.

— А если нет? — усмехаюсь.

— Можем продлить срок до лета.

Вот так. Вопрос: смогу ли я до лета сдать оставшуюся теорию? Кажется, нет. Я ж буду ходить на все возможные практики и всю возможную специальность. Или да?

— Я могу сейчас сдать профессору Рассказову вместе со вторым курсом.

— Очень хорошо.

— И анатомию профессору Валентинову. Остальное не влезет. Может быть, я что-то подготовлю сама, а летом в сессию появлюсь и сдам?

— Хочешь на простор? — усмехнулся он.

— Я подозреваю, что там не простор, а много работы, — пожала я плечами.

— Скорее всего, так и есть. Хорошо, я собираю комиссию.

За неделю я и впрямь сдала два названных экзамена. Учить теорию больше не было сил. А с практикой я должна справиться.

— Я же справлюсь, да? Скажи не как любовник, а как преподаватель, — я смотрела на Авенира пристально.

— Справишься, — он не задержался с ответом ни на мгновение. — И что же, ты уже готова вернуться в свой Сибирск?

И смотрит испытующе.

— Готова, — я пожимаю плечами. — Мне кажется, что так будет правильно.

— Кто там тебя ждёт? — хмурится, не понимает.

— Никто, — я качаю головой. — Скажи, почему ты хочешь, чтобы я осталась? Потому что я единственная и самая-самая, или потому что я женщина-некромант и сирота в придачу, никакой родни с собой не притащу?

Я не хотела об этом говорить, но пришлось. А он молчит, держит мои ладони в своих, гладит.

— Я просто хочу быть с тобой всегда, — улыбается.

Вообще, если честно, я бы осталась — если бы можно было не нарушать уже данное обещание. Потому что он был хорош — не зануден, смешлив, да и то самое, что некромант, тоже не последнее дело. Я вполне поняла, как это — когда два мага сходной силы вместе. Это очень хорошо. И отчего же я не бросаюсь ему на шею радостно?

Может я того, не умею? У меня что-то отсутствует в изначальной комплектации? Какой-то орган, который отвечает вот за это — за полную потерю людьми головы? Впрочем, Авенир тоже не теряет голову от меня, просто, ну, я нравлюсь ему, и его всё устраивает.