– Как ты у Трофимова оказался? Вроде не похож на «быка» – я их немало повидал за свою ментовскую карьеру…

– Долгая история, тебе ни к чему. – Водитель с усилием вглядывался в дорогу, скорее угадывая, куда двигаться. – Лучше о деле думай – больше пользы.

– Думаю… И что, много платят?

– Хватает. А ты что, тоже надумал устроиться? – он хохотнул. – Идеалы дали трещину?

– Нет уж, лучше сразу под трамвай… Мой отец говорит: единственное, что стоит хранить всю жизнь, – это честь и совесть, и пока я не нарушил этого правила… И не нарушу.

– Умный человек твой отец, правильно говорит, – Вовчик искоса поглядел на Стаса, – только можно при любых обстоятельствах оставаться человеком – мразь прячется до поры и открывается, получив такую возможность, а нормальные ребята… Они такими и останутся, хотя иногда приходится подыграть жизни, чтоб она таким дерьмом не казалась.

– Целая философия…

– Так и есть. У меня было время подумать.

– Кстати, о подумать… Что ты можешь про Ольгу рассказать? – спохватился Стас. – Ты ж ее возил, дома у них живешь – непосредственный свидетель!

Вовчик пожал плечами:

– Да ничего особенного, девка как девка… Со мной ей о чем разговаривать? Привет-пока, и все дела.

– Ничего не замечал необычного – может, напугана, угнетена, еще что…

– Да нет вроде… – Он подумал. – Хотя обычно перед школой по телефону болтала, туда-сюда, а последние… да, недели две, наверное, задумчивая сидела, тихая… Хотя ее не поймешь, в мать пошла – та тоже красивая, черноволосая, сидит улыбается и не угадаешь, о чем думает…

– Ты знал мать?

– Недолго, – Вовчик побарабанил пальцами по рулю, – примерно полгода. Потом ее…

– Как это, кстати, произошло? – Стас опять закурил.

– Я виноват! – Вовчик отвернулся, было видно, как напряглись его желваки. – За рулем сидел. Должен был везти Саныча – он не поехал, дела появились, а Настя… Анастасия Дмитриевна попросила в фитнес по пути забросить. На Баумана подрезали мой джип и очередь всадили, почти весь рожок. По задним пассажирам целились, я две пули словил, но одного успел кончить, там же, на месте. Настя погибла…

– Ты ее Настей зовешь? – осторожно спросил Стас.

– Да, но наедине… Она другой была, не из нашего мира… Не понимала даже, кто такой Трофимов и чем занимается, – верила, что честный банкир… – Вовчик невесело улыбнулся.

– Ясно…

– Ладно, дело давнее… – Он встряхнулся: – Меня гораздо больше тревожит настоящее. Например, во-он та «шестерка», что как приклеенная от самой школы за нами идет. Прячется, но неумело: не менты скорее всего – те научились… Похоже, та самая, что у выезда из поселка стояла!

– Где? – Стас обернулся. – Которая?

– За черным «Шевроле», 234-й номер.

– Вижу.