Непонятно, откуда что бралось – рассказывали, что в нем забивали до смерти, пытали электрошоком, душили, насиловали, резали ножами…

На самом деле ИВС представляет собой душный, приторно-вонючий подвал, с длинным узким коридором и парой десятков камер, по идее, рассчитанных на три человека, в реальности же вмещающих гораздо больше. Везде горят лампочки, забранные стальными решетчатыми плафонами. Воздух спертый, единственное прохладное место – у стены, но туда еще нужно суметь устроиться…

Клетушка-камера с большим ведром-парашей в углу превращается в печь: дышать нечем, людей много, да еще лампочка под потолком выжигает остатки прохлады.

Она горит постоянно, так что у новичков есть шанс попрактиковаться спать при включенном свете. Два раза в день – туалет, до которого непременно нужно терпеть: попробуй «сиделец» в такой духоте сходить «по-большому»… Сокамерники не одобрят.

Хабаров, на удивление, попал в относительно свободную «хату» – нары с ним делил старик пенсионного возраста и напуганный пацан лет двадцати, боящийся закрыть глаза.

Очнувшись, Стас не сразу понял, где находится, – голова неохотно слушалась после удара, – вспомнив, загрустил: достойное завершение благих намерений… Инициатива наказуема, доказано на практике не один раз.

– За что, сынок? – Старик придвинулся поближе.

– За дело. Спи. – Хабаров хмуро отвернулся. Заводить знакомства в подобном месте не входило в его планы.

– Это ты правильно… – В голосе сокамерника звучало одобрение. – Нечего языком молоть, «суки» не дремлют.

 – Он лег. – А меня просто так: один раз в шестидесятых украл, теперь как что – Сухоруков! Где был, что делал…

Загремел засов. Дверь со скрипом открылась:

– Хабаров, на выход. – Стас неохотно слез с нар. – Лицом к стене!

– Куда?

– На допрос, к следователю. – Молодой сержант-конвоир закрыл дверь. – Вперед.

Они прошли по низкому коридору до конца, свернули налево. Здесь расположились деревянные столы и такие же лавки, насмерть прикрученные к бетонному полу. За одним из столов сидели Поспелов и Александр Александрович.

– О, какие люди! – Хабаров, ерничая, развалился напротив. – А я понадеялся, что не свидимся!

– Думаешь, удачное время острить? – серьезно спросил Рома. – Совсем начхать на остаток жизни?

– Что остается? – Стас отвернулся. – То, что мне мент при задержании начитал, на три «вышки» хватит, а я один…

– Но ведь правильно начитал? Делов умудрился натворить и думал, что все с рук сойдет? – Александр казался спокойным.