Потому что мужчина подо мной разгорячен и возбужден до предела.

Но в какую-то секунду мне удается достучаться. Лекс отстраняется в один единственный момент. Напоследок чуть прикусывает мою нижнюю губу. Ставит своеобразный знак. Как тогда. В нашу ночь. В отеле. Он именно кусает. Словно клеймо ставит.

Оставляя на память свою метку, которую я рассматривала в зеркале после, трогала подушечками пальцев в ожидании его звонка. Маленькой весточки. Царапина кровоточащая ментально.

— Хватит, — шепчу с трудом. Голос сухой. Возбужденный. Голова кружится. И хорошо, что его бедра поддерживают меня, да я фактически его оседлала.

Не будь этой поддержки сползла бы сейчас по стене и упала к ногам миллиардера.

Но на колени я перед ним не опущусь. Слишком задел. Ранил. И обида не ушла. Она словно ядовитая змея поднимает голову и жалит со всей силы.

Это больно думать, что ты была разовой. Еще больнее осознавать, что ничего не изменилось. Похоть. Страсть. Они живут в этом мужчине. Потребности зверя. Которые он удовлетворяет самыми изощренными способами. Но я не хочу… Не так…

Только не так…

Толкаю еще раз Александра в грудь, чтобы отдалился, чтобы дал наконец оказаться на своих ногах.

— Подонок…

Вырывается оскорбление с моих губ. Глаза Лекса прищуриваются. Я смертница. Никто с ним так не может говорить. Знаю. Ощущаю. По тому, как сгущается напряжение, между нами.

— Тебя там твоя ""невеста"" ждет, господин миллиардер. Не смей касаться меня! Ты не имеешь никакого права.

— Алина, — проговаривает ровно.

Но в том, как выделяет каждую букву моего имени, я чувствую, что он предупреждает, чтобы отступила, чтобы не шла по минному полю, потому что ему ничего не стоит меня уничтожить.

Кто я для него. Песчинка?!

Он только что уважаемого врача с регалиями и наградами приговорил к участи страшнее смерти.

В его глазах тьма, так же, как и в душе. И сейчас совсем не важно, что Филипп Константинович для меня никто, но этот мужчина все же спас меня от нападок мажора. Да все пошло не по плану. Да я зла на него и не прощу этого ужаса, в который он меня втянул.

Но. декан не сделал ничего, чтобы его жизнь отбирали. Превращали в ад только потому, что он пригласил меня в ресторан и сказал о своих желаниях. О планах. Серьезных. Не в роли разовой девки для утех.

Прямо. И пусть я никогда не приму его предложения. Потому что это не честно. Я беременна от другого, и я Диану осуждала за подобные игры, а чем я лучше тогда?!

Ничем.

И сейчас меня зажимают, как последнюю…

Он ведь знает, что я “чужая невеста”, но ему не мешает это вот так вот нападать. Да у него в зале ресторана и своя вроде как “без пяти минут жена” осталась.

И это не честно! Это неправильно! То, что он делает неправильно. Это больно.