– Ну вот, – обиженно застонал Хорн, – так и знал, что не нужно было сразу говорить.

Я отмахнулась, разобрав в его голосе не только сожаление, но и веселое подтрунивание. Отошла к окну и вскрыла конверт. Внутри находились два приглашения на бал, который состоится через месяц. Ну конечно! День рождения Эдварда.

– Нас вызывают в столицу? – Хорн встал за мой спиной, тесно прижимаясь бедрами, кладя подбородок на плечо. Ловкие наглые руки переместились живот, сползли вниз, потом и вовсе забрались под юбку.

– Опала закончилась, – хмыкнула я, переворачивая приглашение тыльной стороной.

– Это была опала? – восхитился Хорн, горячо выдыхая в шею, кожа покрылась мурашками, – я бы не прочь пожить в такой опале с тобой и детьми еще лет пятьдесят.

Вдруг я заметила крошечный листок, приклеившийся на оборотной стороне. Размашистый почерк Эдварда я не спутаю ни с чем.

«Ты была права. Во всем. Жду во дворце. Мне нужен друг, а моей жене верная подруга. В сокровищнице еще остались неразобранные артефакты. Пора за работу»

– Король в своем репертуаре, – голос Хорна звучал насмешливо и глухо. Я мысленно согласилась с мужем – увы, Эдвард думает прежде всего о работе. Точнее о работе на благо королевства, – нам же не нужно ехать немедленно?

Я с улыбкой обернулась, подняла руки, прижалась к Хорну всем телом, обнимая его за голову, притягивая к себе, легонько касаясь губ.

– Думаю, мы можем себе позволить немного опоздать. Впереди еще целый месяц.

– Королева в положении. Не пора ли и нам подумать о наследниках? – В глазах Тора плясали смешинки, неугомонные руки не останавливались ни на секунду, избавляя меня от одежды. С такими темпами я скоро буду стоять у окна полностью обнаженной.

– Тебе не хватает близнецов? Их иногда даже слишком много, – я отступила к кровати."

"– Не хватает. Ты такая милая, когда беременная. Ласковая, послушная, нежная. А ты ведь знаешь, как я люблю послушных женщин, которые во всем мне подчиняются, – голос Хорна опустился до хриплого прерывистого шепота. Движенья стали рваными, быстрыми, ноздри хищно раздулись.

Я счастливо рассмеялась, откидываясь на покрывало.

– Никаких послушных женщин ты не любишь. Ты любишь меня, а я далеко не послушная.

Как же мне нравится ощущение, когда Хорн сходит с ума. Когда нежные ласковые поцелуи превращаются в ураган и обрушиваются лавиной. И я вся покрыта ими с головы до ног. Когда голос перестает его слушаться, он даже не может из себя выдавить ничего членораздельного, только рычание и короткие сдавленные стоны.

Как и я.

В эти мгновенья я точно знаю, что он мой. Целиком и полностью. Что он действительно любит меня, верен мне, отдаст жизнь за меня.

Как и я.

Конец."