На уровне Лиса материалы не укрывают, а для того, что не должно попасться на глаза посторонним, у него имеется абонированный ящик в «Золотом круге» и испытанный тайник в лесополосе на Левом берегу.

И все же он чувствовал себя неуютно. Все опера ушлые и хитромудрые, а если берутся за них всерьез, то обязательно что-то накопают. Или неподшитое сообщение агента, или патрон, или косячок анаши.

– Это что такое? – строго спросил молодой, разглядывая какой-то листок. У Лиса перехватило дыхание.

– Покажите ближе, не видно... Ух... Он перевел дух.

– План проведения розыскных мероприятий по РД «Трасса».

– Почему не в сейфе?

– Там нет секретных данных.

– Все равно!

– Хорошо, положу в сейф.

– А это что? – теперь старший внимательно листал ученическую тетрадку.

– Это записи, кто сколько сдал. В смысле на дни рождения, бумагу, картриджи.

– Почему в сейфе?

– Так денежный документ.

– Все равно!

– Хорошо, выну.

Лис посмотрел на Ныркова. Тот незаметно погрозил кулаком.

Через сорок минут шмон закончился. Ничего запрещенного к хранению или компрометирующего подполковника Коренева обнаружено не было. С явным облегчением Колорадский Жук удалился.

Но закончилась только первая часть действа.

Теперь Зимин сел в кресло хозяина кабинета, Хмельнов за приставной столик, а Лиса посадили в стороне на специально отставленном стуле. Начался допрос. Спрашивал старший, младший вел протокол.

– Вы знаете Колерова?

– Да, он проходил как связь преступного авторитета, я пытался с ним работать, но результата не получил.

– Он подозревается в двойном убийстве. Только вышел из ИВС и сразу зарезал двоих.

– Негодяй! Надо было его не выпускать. Но доказательств не хватало...

Лис пытался вспомнить хоть что-нибудь про бывшего коллегу, но напрасно. Ничего запоминающегося Зимин в сыскном деле не совершил. Вел он себя не очень агрессивно, просто выполнял рутинную работу, но чувствовалось, что инструкции «придавить Коренева» получил. А молодой смотрит злобно и вряд ли из-за шутки с фамилией, скорей всего считает его нарушителем соцзаконности или как там она сейчас называется, позорящим милицейский мундир.

– Каким образом вы на него вышли и на каком основании водворяли в ИВС?

– О нем упомянул в своих показаниях какой-то обвиняемый, не помню фамилии...

– Громов?

– Возможно. Вроде Колеров был его соучастником в грабеже... Соучастника надо устанавливать, а поскольку он якобы был знаком с Хромым, то отдельное поручение следователь направил мне, поскольку наш отдел разрабатывает ОПГ и связи авторитетов нам известны. Я установил его и задержал. Это тоже входило в поручение.

– Следователь Апресян объясняет все по-другому... Лис пожал плечами.