Я еду далеко не так быстро, как Анджело, и все же кажется, что спустя несколько минут я подъезжаю к иве рядом с кладбищем.

Вот оно. План, к которому я никогда не думала, что мне придется прибегнуть. Я наполняю машину горьким смехом, вспоминая, когда этот момент был не более, чем больной фантазией. Настолько больной, что я позвонила в Анонимные грешники, чтобы признаться, что я просто думала об этом.

Хотя я думала, что это будет ощущаться по-другому. Я думала, что у меня будут дрожать ноги, когда я буду пробираться к краю обрыва. Я думала, мне будет страшно. Но когда я стою на краю, каблуки погружаются в грязь, а под пальцами ног рассыпается галька, я чувствую себя живой.

— Меня зовут Рори Картер, и я совершаю плохие поступки.

Как всегда, ветер срывает слова с моих губ, унося их прочь от края утеса и над неспокойным морем. Я всегда говорю это здесь, просто чтобы посмотреть, какова на вкус правда, и сегодня она восхитительна.

Я ещё на шаг ближе к краю. Ткань моего платья колышется, порыв ветра забирается мне под юбку.

В первый раз, когда я стояла на этом утесе, я сказала это. К этому все и шло. Я, стоящая на краю самого высокого утеса Дьявольской Ямы и думающая о плохих мыслях.

Я пыталась делать что-то хорошее, но хорошее, похоже, никогда не отменяет плохого.

Сжимая в кулаках кружево своего платья, я закрываю глаза. Я поднимаю ногу и подношу ее ещё на дюйм к краю, пока под моей ногой не остается ничего, кроме воздуха.

Адреналин пробегает у меня по спине. Я готова. Я открываю глаза, но прежде чем успеваю оглядеться в поисках своей сумочки, меня отбрасывает назад с такой силой, что из меня выбивается дух.

Какого черта?

Горячие руки обжигают мою грудную клетку, сильные и теплые. Знакомый запах, который у меня ассоциируется с опасностью, поражает мои чувства.

— Клянусь Богом, Рори. Тебе лучше знать, как летать, потому что, если ты упадешь, я последую за тобой.

Паника пронзает меня изнутри, но она быстро сменяется облегчением, таким сильным, что у меня перехватывает дыхание. Анджело. Я прижимаюсь головой к его груди, накрываю его руки своими и задыхаюсь. Это большие, отчаянные глотки соленого воздуха. Пуговицы его рубашки холодят мою спину, но его затрудненное дыхание согревает мою шею.

— Что ты здесь делаешь? — тяжело дышу я.

Мои ноги отрываются от грязной земли, когда он хватает меня за бедра и оттаскивает ещё дальше от края. Даже если бы я захотела прыгнуть, его тело обвилось вокруг меня так крепко, что я бы никогда не смогла вырваться из него.

— Хочу убедиться, что ты не наделаешь глупостей, — рычит он мне на ухо. Яд волнами скатывается с его языка.

Он дает мне ровно столько места, чтобы я могла повернуться в его объятиях и посмотреть ему в лицо. Я поднимаю на него глаза и на мгновение упиваюсь чертами его красивого лица.