– «Круто, – говорит Лео, выскакивает на сцену и орет, как подорванный: „Здравствуйте, мензюки!“» Красиво? Он с ними поздороваться решил, урод!

– Не слишком удачно получилось, – согласился я.

Тетка затрясла буйными кудрями.

– Ваще улет! Я в кулисе стою и шепчу: «Лео, только не надо договаривать в придачу „и мензючки“». Так он словно услышал и… как ты думаешь, чего сделал?"

"– Насколько я понял, Лео певец, который замучился от беспрерывных гастролей, – ответил я, – наверное, он начал выступление.

– Не-а, – простонала бабенка, – он таки завершил свое приветствие, как завизжит в микрофон: «Хай, мензючки!» Все, мне башню снесло, я от дундука ушел, больше с ним не работаю! Одобряешь, милый?

Я кивнул, плохо понимая, зачем незнакомка со мной откровенничает.

– Думаю, это правильное решение.

– Очень надеюсь на твою поддержку, – засюсюкала тетка, – котик, помоги!

– Чем помочь? – отодвигаясь на всякий случай подальше, вежливо осведомился я.

– Теперь я продюсирую новый проект, – с жаром воскликнула бабенка, – певица Мамзель, слышал?

– Нет, – честно признался я.

– Еще узнаешь, – пообещала баба, – прогремит по всему миру, поверь моему опыту! Но нужен толчок, скандальчик! Андестенд?[15]

– Пока не совсем.

– Слушай, ты меня узнал? – внезапно насторожилась дамочка.

– Ну… э… – замямлил я, – кажется, мы встречались где-то.

– И не раз, дурачок, – заржала баба, – в последний на дне рождения у Вики Колосовой.

Я кашлянул и все же решил указать явно подслеповатой гостье на ее ошибку.

– Вы меня с кем-то путаете! Разрешите представиться, Иван Павлович Подушкин, ответственный секретарь… то есть литературный редактор «Часа пик».

– Вау, как понтово, – хрюкнула мадам, потом ловко вскочила, обогнула стол, ткнула меня кулаком в плечо и игриво прочирикала: – Сделал карьеру и теперь старых друзей не узнаешь! Ну, Ванька, даешь! Лады, я сбегаю к Сереге! Он те ща позвонит! Прям обидки взяли, вона как людей положение ломает! Сколько раз вместе бухали, в одной кровати спали, а теперь нос в сторону?

– Мы спали в одной постели? – перепугался я.

Говорят, что некрасивых женщин не бывает, просто иногда не хватает выпивки, но сколько же надо влить в себя, чтобы возжелать эту старую пуделиху? Я столько не выпью.

Продолжая горестно рассуждать о зазвездившихся друзьях, мадам унеслась из кабинета. Я, наплевав на приличия, выкурил прямо на рабочем месте сигарету и попытался сосредоточиться на тексте Соломатина. Стрелки часов медленно двигались по кругу, скоро должна появиться Светик. Итак, что делать с «психсоветом»?

Ответ на поставленный вопрос так и не нашелся, моим раздумьям помешал телефонный звонок.