— Да, слушаю! Что у тебя?! — отозвался Власов, быстро заглядывая в комнаты второго этажа.

— На посту положил всех. Но вы так нашумели, что тут скоро будет все их войско.

— Продержись немного. Мы никак не можем найти пленных.

— Постараюсь, Первый. Но вы там недолго!..

— Серега, я отчетливо слышал их на первом этаже, — напомнил командиру Стрельцов, шедший за ним.

— Мы же вместе прошерстили первый этаж, — с раздражением проговорил командир. — Прихожая, коридор, лестница, по две комнаты слева и справа. Жорик с Витькой осмотрели другой коридор, столовую, кухню и все прочее. Где же им быть? Подвалов в жилых домах этой страны не делают.

— Не делают, — согласился связист, вдруг остановился посреди коридора и выпалил: — Лестница, Серега!..

— Что лестница?

— Ты помнишь, чтобы мы заглядывали под нее?

— Нет. А что там?

— Там же имеется какое-то пространство.

Капитан пожал плечами:

— Ладно, пошли посмотрим.

Они быстро сбежали вниз, заглянули в темное пространство под лестницей и обнаружили там еле заметную дверь.

— Так вот что он тут охранял. — Власов кивнул на труп часового. — Ну-ка поищи у него ключ.

Глава 16

Миша долго ворочался на неудобной узкой лавке, потом спросил:

— Как думаешь, Коля, долго мы здесь будем сидеть?

— Пока главарь мятежников не договорится с нашими о выкупе.

— Если не сумеет, то пустит нас в расход, — сказал Равиль и тяжело вздохнул.

В каморке под лестницей все так же вполсилы горела слабая лампа, было душно, воняло мочой и тухлой рыбой. Наговорившись, ее обитатели распределились по лавкам и попытались уснуть. Время было позднее, а прошлой ночью поспать они вообще не смогли, работали.

Тем не менее сон не шел. Вместо спокойного отдыха в голову узников лезли всякие нехорошие мысли о пытках, разных зверствах и смерти. Время от времени кто-то из них начинал ворочаться, вздыхать, потом ложился на спину и, глядя в серый потолок, задавал какой-нибудь вопрос. Вот как сейчас — про цель отсидки.

Карбанов и сам не находил себе места, но был мужиком спокойным и мудрым, держался уверенно, без эмоций и нервов. Майор знал, что именно его поведение сейчас задает тон и является примером для остальных.

Разговоров на дурацкие темы он не пресекал. Зачем воевать с ветряными мельницами? Лучше поддержать беседу и мягко подтолкнуть ее в другом направлении.

Тараев однажды тоже был женат. В вертолетном полку, из которого их экипажи командировали в Африку, поговаривали, будто Равиль всю жизнь любил одну женщину, но что-то у них не складывалось, вот он и женился на другой ей в отместку. Сам он никогда об этом не рассказывал, товарищи бередить ему душу не хотели.

А теперь вот Николай взял да решился.

— Равиль, ты все про меня знаешь? — перебил он очередной философский спич парня о неизбежности смерти.