Затем на меня. Пожимаю плечами.

— На первом ряду двести пятьдесят шесть, — выдаёт умница с ходу. — Дальше уже надо считать на бумаге.

Признаться, впечатлён.

Но даже интересно, как она посчитает два в шестьдесят четвёртой степени⁈ Я и сам не знаю. Но это не важно. Главное, чтоб у ботанички мозг разорвало.

— Ну вот и считай, мои «два плюс три», — ухмыляюсь.

— Ладно, я займусь этим, но позже, — говорит уже серьёзно и снова подаётся к книге. — А сейчас мне нужно продолжить заниматься. Не отвлекай, иначе не успею переписать параграф до закрытия общежития.

Делает вид, что очень занята, снова начала вычитывать и переписывать.

В движениях заметил неловкость.

А ещё вопрос возник. Если ты так спешишь переписать, почему не взяла карандаш, а возишься с чернилами? Молчу, рассматриваю её. Изящные пальчики, сжимающие перо, аккуратные, не слишком блинные коготочки. Белоснежный воротничок рубашечки, хорошо выглаженный, без единой складочки, нежная кожа на шее, длинный тонкий локон, свисающий над румяной щёчкой, загнутые милые реснички. Каждую деталь, каждый пунктик.

— Ярослав, уйди, пожалуйста, — не поднимая глаз, произнесла строго спустя несколько минут.

— Да ухожу, ухожу, — вздыхаю и поднимаюсь. — Не успел приехать, уже уйди.

— Извини, у меня, правда, мало времени на болтовню.

— Мало времени? Карандаш возьми, — критикую.

— У меня кончились, — выпалила. — Ярослав, я настаиваю.

— Ты вообще обещала погулять со мной, — заявляю.

Поднимает глазища.

— Когда это я обещала?

— В «Чудо–барахолке».

— Не помню такого. Верно, я была под впечатлением от твоего напора, могла растеряться.

— Ладно, это в порядке вещей, что женщины не держат своих слов, — заключил, наколдовал жирный мандарин и поставил на стол.

— Угощайся и не думай обо мне.

Смотрит на фрукт ошалело. На меня, снова на фрукт.

— Ты вот… — запнулась. — Вот что ты делаешь, а?

— Всё, не приставай, — отмахнулся, развернулся и пошёл, пошёл, пошёл.

Но далеко уйти не вышло.

— Забери назад, — раздалось сзади от догоняющей Ясмины.

Обернулся. А она в меня прямо врезалась. И назад с ошалелым видом подалась.

— Куда? — Шепчу. — Всё, попалась.

За талию обхватываю одной рукой. А у неё взгляд дикий, она будто оцепенела на пару секунд.

Да я и сам пошатнулся от сладкого наваждения. Глазища вытаращила прямо в меня такие удивлённые.

— Мне не нужны дорогие подарки, такие даже в парниках здесь не растут, — прошептала малышка в ответ. — Забери, пожалуйста.

— Мандарин дорогой подарок? Что за бред? — Смеюсь, принимаю фрукт обратно. Не без помощи магии прямо в ладони одной рукой расчехляю дольки.

Не выпуская из объятий, сую ей в ротик сразу парочку. Ясмина с бешеными глазами послушно распахивает свои сочные врата в рай.

— Кусай, — шепчу.