Адепты прятались в кустах, заползали под лавочки и пытались претвориться статуями. Преподаватели и более отчаянные старшекурсники пытались покинуть опасную зону и мелкими перебежками перебирались от куста к кусту.

— Позорище! Вы понимаете, что натворили?! — Возмущённый рёв ректора заставил всех, кто его слышал, замереть и, сложив руки на груди, начать вспоминать все позорные деяния, совершённые за последнее время, — вы опозорили честь Академии!

Представители сообщества паникующих Мечтателей согласно закивали, соглашаясь с тем, что все мы не без греха. Если ректор сказала, что мы опозорились, значит, опозорились. Знать бы ещё, где именно…

Воспользовавшись наступившей тишиной, Магистр Иллюзий презрел возраст и радикулит, совершил немыслимый кульбит, в два прыжка пересёк центральную площадь и ласточкой влетел в экстренный портал.

Из кустов раздались восхищённые вздохи и робкие аплодисменты.

Двое старшекурсников, вдохновлённые смелостью и ловкостью наставника, попытались повторить его подвиг, но в этот момент над Академией пролетела новая волна ментального возмущения, заставившая их замереть в позе туринских сусликов.

— Вы всадили нож мне в сердце! Вы предали моё доверие! — в ментальной паутине вспыхнули единичные искры отчаяния и жажды оправдаться.

Быстро смекнув, что гнев Великой Элиссандры направлен на вполне конкретную жертву, взбодрившиеся Мечтатели уподобились тараканам, узревшим свет во тьме таверны, и, подхватив мантии, бодро рванули врассыпную.

* * *Тем временем в кабинете ректораЭлиссандра Урналенкоиди яростно поглядывала на жавшихся в углу адепток.

Ирии[2] старательно изображали испуг и демонстрировали искреннее раскаяние.

Так они им и поверила! Скорее все драконы Играэльсы примут обет вечного целибата, чем эта компания перестанет влипать в неприятности!

Демоница вдохнула и попыталась успокоиться. Предстоял серьёзный разговор, а позорить девушек, посвящая всех в подробности скандала, она не собиралась. Про дуэль пока знала только она и Мастер Рейнгарс, а значит, есть шанс, что сие знаменательное событие удастся сохранить в тайне.

Ещё один вдох. В кабинете затанцевал магический вихрь, а по стенам, формируя непроницаемый ментальный купол, водопадом заструились золотые искры.

Делая вид, что она занята созданием дополнительной защиты, ректор осторожно просканировала эмоции девушек, ощущая, как под дымкой напускного смирения судьбе их ша`йя[3] вибрировала от возмущения и негодования.

Окончательно освободившиеся от влияния зелья адептки жаждали отмщения.

С одной стороны, это означало, что чары принца на них больше не подействуют, а с другой, гарантировало колоссальный объём свежих неприятностей.